Официант принес стакан водки на блюде и закуску – соленый огурец на куске ржаного хлеба. Выпивку без закуски подавать не было принято.
– Спасибо, братец!
Официант меню на стол положил, деликатно отошел. Андрей достал звездочки из кармана кителя, в стакан опустил. Эх, плохо без компании, даже поздравить некому. Выпил, прижал звездочки языком к зубам, потом все четыре в пустой стакан вернул. Водка хорошая, смирновская, легко пошла. И огурец с ржаным хлебом в самую точку. Крякнул, пожелал сам себе больших звезд на погоны и удачных полетов. Просмотрев меню, подозвал официанта.
– Любезный, мне бы что побыстрее, с фронта приехал, голодный. Но только чтоб все свежее было!
– Обижаете, господин офицер, у нас солидное заведение! Порекомендую суп консоме с пирожками, форель по-гатчински, а коли рыбное не любите, так мясо свиное заливное или колбаски копченые. А уж гурьевская каша у нас лучшая в столице.
– Неси суп, гурьевскую кашу с колбасками. И салат обязательно.
– Есть оливье.
– Неси.
В дорогие рестораны брали для обучения мальчиков, преимущественно из Ярославля или губернии, обучали пять лет. Получался отменный официант. Андрей с аппетитом съел суп, под великолепные пирожки – с рыбой, печенью, с рисом и луком. Пирожки горячие, а запах! Давно таких Андрей не ел, пожалуй, только у бабушки, бог знает сколько лет назад. Первый голод утолен, спешить некуда. Андрей откинулся на спинку стула, стал разглядывать крышу. Редко такие встретишь, стеклянная, с переплетами стальными, напоминает ГУМ в Москве. Вышел пианист, сыграл несколько мелодий. Андрей заказал еще водки. Захмелел слегка, откушал гурьевской каши, абсолютно бесподобной, ничего вкуснее из каш ранее не едал. Повар – мастер, впрочем, в дорогих ресторанах других не держат. На подиум в углу вышла певичка, спела томным голосом несколько романсов. После выпитого душа просила песен. В свое время играл он на гитаре, знал несколько аккордов. Сейчас увидел этот инструмент, лежавший на стуле у пианино. Подозвал официанта.
– Можно сыграть на гитаре и спеть романс?
Официант растерялся.
– Сей момент, узнаю у метрдотеля.
Вернулся быстро.
– Дозволяется в рамках приличия.
В трезвом состоянии Андрей бы не отважился никогда. А сейчас уселся на стул на подиуме, взял гитару, поднастроил. Гитара семиструнная, не как сейчас шестиструнки, непривычно. Было у него несколько любимых песен, под настроение. Неожиданно для себя начал песню Меладзе «Опять метель». Она на романс похожа. Причем не с начала, а с припева.
То ли не слышал никто ничего подобного, то ли пел проникновенно Андрей, вкладывая всю душу, а тишина в большом зале наступила. Перестали звенеть рюмки и столовые приборы, люди слушали. Когда закончил, пара минут тишины, потом аплодисменты. Андрей такой реакции не ожидал, больше для себя пел. Встал, поклонился, к своему столику направился. От столика с крайнего ряда поднялся моряк, судя по погонам, капитан второго ранга.
– Господин поручик! Не соизволите выпить со мной рюмочку?
– Штабс-капитан с сегодняшнего дня, с вашего позволения. Обмываю звание, прибыл с фронта. Прошу прощения, из госпиталя.
Нашивка за ранение и так не ускользнула от внимательного взгляда моряка. По-сухопутному если, то подполковника. Моряк подозвал пальцем официанта.
– Любезный, водки графин!
Андрей добавил:
– И перенесите закуски с моего стола.
Все же в компании сидеть лучше, тем более с моряком. Капитан второго ранга поднялся.
– Позвольте представиться. Капитан второго ранга Борис Петрович Дудоров.
Андрей осознал, что совершил оплошность. Как младший по званию и возрасту, он должен был представиться первым. Нехорошо, неучтиво!
– Простите, давно не выпивал, в голову ударило, виноват. Штабс-капитан Андрей Владимирович Киреев, авиатор двадцать третьей воздухоплавательной роты. Нахожусь в отпуске после ранения.
Выпили за знакомство. Дудоров как-то заинтересованно поглядывал на Андрея, потом сказал:
– Видно, вас сам бог ко мне послал.
Андрей Дудорова не понял. Что общего может быть у авиатора и моряка? Совершенно разные стихии их службы. Дудоров вцепился в Андрея как клещ.
– У вас в столице родня?
– И не было никогда. Я окончил военную школу пилотов в Гатчине. А после отпуска должен получить здесь, в столице, новый аэроплан и убыть на нем в свою роту.
– Давайте сегодня отметим ваше повышение в звании, а завтра поговорим. Идет?
И протянул руку. Андрей кивнул, руку пожал. Не знал тогда, что кардинально меняет жизнь после этой встречи.
Капитан город знал отлично. Уже поздно вечером вызвал извозчика через официанта, отвез Андрея в гостиницу.
– У вас какой номер?
– Вроде двадцать третий.
– Если я утром буду, скажем, в девять, не помешаю?
– Всегда рад вас видеть.
