Наступила неловкая тишина. Тяжело вздохнув, Кинга, волосы которой сегодня были сплетены в длинную косу и перекинуты через левое плечо, начала отвечать:
— Потому что на момент заключения помолвки наш господин был всего лишь третьим сыном без титула и достижений. Его помолвка заключалась с дочерью герцога и разорвать ее могли лишь герцог Хилдефонс — отец господина, и герцог Вандрен — отец госпожи Арии.
— Даже сейчас, — продолжила рассказ Квин, — пока господин еще не присутствовал на официальной церемонии вручения титула, у него нет никакого права разорвать помолвку. Потом же, когда титул будет получен, он сможет сослаться на недостойность своей невесты.
— Это только в том случае, — продолжила Джози, приподнимая голову на своего более высокого товарища, — если госпожа Ария к тому моменту не успеет доказать, что она достойна. Если так случится, тогда наш господин сможет разорвать помолвку уже только после повышения своего титула до герцога, что вряд ли случится в ближайшие годы.
— Поэтому, — Квин широко улыбнулась, — мы и надеемся на то, что она не сможет никак проявить себя.
Все горничные разом сложили руки в молитве и хором произнесли: «Аминь».
Вайлет удивленно осмотрелась. Еще будучи не знакомой с этим человеком, она могла только гадать какой же на самом деле была так называемая госпожа Ария Вандрен.
Наступил новый тяжелый день. Квин стояла на коленях перед Аларисом, завязывая шнурки на его обуви. В то же время в спальной комнате находилась Кинга, стоявшая чуть в стороне.
— Все уже готово? — спросил Аларис, чуть поворачивая голову в сторону, чтобы видеть вторую горничную.
— Да, — с кивком ответила Кинга, — в лучшем виде.
Аларис усмехнулся. При мысли о том кошмаре, к которому они подготавливались, голова его начинала раскалываться.
— Для неё это точно лучшим не будет.
— Не удивлена, — спокойно ответила девушка.
Чуть приподнявшись и схватившись за штанины своего господина, Квин слегка потянула их вниз, аккуратно поправляя. Приподнявшись еще чуть выше, девушка добралась до белоснежной рубашки Алариса и начала поправлять на ней манжеты и воротник.
— Как моральное состояние остальных обитателей особняка? — продолжал расспрашивать Аларис.
Кинга ответила не сразу. Промолчав, будто для того, чтобы найти подходящий ответ на вопрос, она спокойно посмотрела на своего господина.
— Вы не должны переживать за них. Выполнять любые капризы господ их обязанность.
Аларис иронично улыбнулся. Строгость отношения к слугам заставляла его соблюдать именно Кинга. Сам же он был готов относиться к своим приближенным, как к членам семьи, нежели как к наемным рабочим.
— И все же мне не совсем нравится мысль о том, что эта женщина будет добивать моих людей своими истериками.
— Тогда, — Кинга слегка сощурилась и, преподнеся руку к своим очкам, поправила их, — позвольте спросить, как вы сами все это терпите?
— Терплю? — Аларис широко и добродушно улыбнулся. — Нет, со мной все в порядке.
Квин усмехнулась, а Кинга тяжело вздохнула. С легкой толикой укора во взгляде старшая горничная посмотрела на Алариса и спросила:
— А если юный господин не будет лгать своей любимой горничной?
Аларис отвел нерешительный взгляд в сторону. Он знал Кингу еще с детства, когда она даже не была его горничной, а потому не мог противостоять ее попыткам подловить на лжи.
— Держусь с божьей помощью, — тихо пробормотал Аларис, но, неожиданно вспомнив кое-что, вновь заговорил громко и уверенно. — Кстати говоря, отправьте кого-нибудь с пожертвованиями в храм. Нам любая помощь пригодится.
Кинга спокойно ответила:
— Как прикажете.
— Вы, — заговорила Квин, окончательно выпрямляясь прямо перед господином и слегка приглаживая ему воротник по обе стороны, — наверное, сами уже устали терпеть все это? Удивительно, что вы ещё ни разу не сорвались на неё.
— Я выше этого, — уверенно ответил Аларис, смотря в необычные глаза Квин, в которых виднелся символ пик. — Хотя, должен признаться, что в своих фантазиях я с наслаждением представляю сцену разрыва помолвки. Это не хорошо с моей стороны?
— Отнюдь, — моментально ответила Кинга, все также стоявшая в одном положении в стороне.
— Уверяю, — заговорила с улыбкой Квин, отходя в сторону от своего господина, — вся ваша прислуга также мечтает об этом дне. — Сложив ладони вместе где-то на уровне груди, Квин слегка склонила их влево. — Когда это случится, я готова даже устроить прощальную вечеринку госпоже Арии.
Аларис усмехнулся. Развернувшись в сторону выхода, парень произнес:
— Думаю, ей эта идея не понравится.
— С фейерверками, разбиванием арбуза и громким смехом! — продолжала счастливо рассказывать Квин. — Главное, чтобы на месте арбуза не оказалась чья-то голова.
— Как по мне, — в разговор вступила Кинга, — так лучше расставаться в западном стиле. Молча, быстро, навсегда.
Аларис покачал головой, не в силах скрыть широкую улыбку. Пройдя мимо Кинги, он направился прямиком к двери.
— Я притворюсь, что этого не слышал.
— Большое спасибо, — хором ответили девушки.
Схватившись за дверную ручку, Аларис тихо произнес:
