22—28 июня Урвачев на Ан-2, в экипаже которого нет штурмана, полетел через Пензу, казахстанские Актюбинск и Джусалы в Узбекистан на Ташкентский авиационный завод. В течение этой недели он 33 часа летного времени провел за штурвалом по маршруту над Европейской равниной, Приволжской возвышенностью и Оренбургскими степями, над горами Мугоджары, Туранской низменностью, пустыней Кызылкум и предгорьями Памира – более 6 тысяч километров, взлеты и посадки на незнакомых аэродромах.
После возвращения у него многочисленные учебно-тренировочные полеты и облет самолетов, а 27–30 июля перелет на Си-47 в Саратовскую область на аэродром Центра боевого применения ВВС Разбойщина и на уже знакомые аэродромы Энгельса и Балашова. Кроме того, Урвачев получил допуск к полетам на Си-47, на котором летал уже полгода:
С этим допуском 18–21 августа он летит на Си-47, как и месяц назад на Ан-2, в Ташкент, но уже с меньшим количеством посадок, и полетное время сократилось до 25 часов.
После этого Урвачев освоил еще один тип транспортного самолета – Ил-12. За два дня выполнил на нем тринадцать тренировочных полетов, и после четырнадцатого инспектор-летчик Рыбин записал в его летную книжку:
В ноябре подполковник Урвачев был назначен начальником ЛИС и тем не менее продолжал много летать. В декабре четыре полета на Ми-4 для испытания авиационной техники по специальной программе и шесть – для облета Ил-12.
В начале 1956 г. он выполнил облет практически всего самолетного парка ЛИС, а также у него интенсивные инструкторские и учебно-тренировочные полеты по курсу боевой подготовки транспортной авиации на Ил-12, Ан-2 и Ли-2.
А 2 марта полетел на Як-18 в Кубинку, на аэродром, где в те времена периодически устраивались показы авиационной техники для руководителей СССР и по их приглашениям – иностранным государственным деятелям. В тот раз в Кубинке готовились показательные полеты для премьер-министра Афганистана, на которых подполковнику Урвачеву предстояло выполнить пилотаж на Як-18.
Среди его бумаг нашелся документ:
Наверное, для участия в подготовке этих полетов Урвачев еще четыре раза слетал на Ан-2 в Кубинку. Затем вылетел туда на неделю на Як-18, выполнил демонстрационный пилотаж (
Как вспоминал Урвачев, после пилотажа он был представлен премьер-министру, а затем один из генералов, отведя его в сторону, спросил:
– Урвачев, почему скривились, когда премьер пожимал вам руку?
– Увидел, что у него воротничок рубашки несвежий.
Похоже, что это так и было – он не терпел неряшливости в людях и был брезглив к ее проявлениям. Сам был всегда тщательно выбрит, подстрижен, и его одежда всегда выстирана, вычищена и выглажена. Это было свойство кадрового офицера и строевого командира, а также заслуга жены Анастасии. В его аттестации в это время отмечалось:
Надо сказать, что Урвачеву в тот день пришлось еще раз вернуться в Кубинку, но уже на Ан-2, видимо, чтобы забрать там и доставить в Люберцы помогавших ему техников и инженеров ЛИС. На следующий день после возвращения из Кубинки у него испытательный полет с более точным, чем обычно, указанием задания в летной книжке:
