- Карен, кажется, так и не смогла понять, что работа в такой группе, как наша, сильно отличается от работы пилота на авианосце. Они просто летают. У них свои приказы, в которых нет ничего о том, что пилот перехватчика должен, например, с бластером наперевес врываться в здания и вытаскивать оттуда «плохих парней». Или в одиночку бросаться торпедировать вражеский линкор. А нам приходится делать… разное. Но, я искренне надеюсь, что Карен сможет с этим смириться — она чертовски хороший пилот. И прекрасный друг. И я люблю её.
- Ну, я думаю, что так и будет. Вы с ней, в самом деле, хорошо смотритесь вместе. Идеальная пара…
- Хорошие слова. Благодарю, что решили пообщаться…
- Да я, собственно, зачем искала-то Вас… Мы тут небольшой обед устраиваем… Просто, в честь воссоединения семьи. Не желаете присоединиться?
Я думал недолго. Вкусная еда, неплохая (я так подумал) компания, интересное общение… Почему нет? И согласился… И, честно говоря, не зря…
А потом я отправился на борту «Экслера», сначала на базу, а потом — домой, где меня ждали, как минимум, три недели полного одиночества (Карен написала в своём документе, что собирается отправиться домой на три недели). Потом я собирался связаться с Карен, чтобы объясниться — я не хотел терять отличного лётчика-истребителя, прекрасного друга и свою девушку в одном лице. Несмотря ни на что, я всё же надеялся, что у нас ещё может быть всё хорошо…
