Nabat_1 полностью

— Давай так, — стал излагать свой план Викун. — У нас дача по Ленинградке, теплый дом, поживете, пока суть да дело.

— И менты, небось, секут? — вставил свое Назар.

— Секут, друг мой, — подтвердил Илья, — еще как секут!

— Заметано! — поднял стекло Назар. — Давай, батя, к тебе на хату, возьмешь, что надо, и к нам в Карпово.

— Который дом ваш? — тронул машину Викун.

— Вон тот, третий крейсер торчит. Налево и по внутрен­ней дорожке... Второй этаж, крайний подъезд.

— На второй этаж ножками способнее, — засмеялся Викун.

— А? — не понял сначала Илья. — Ну да...

Машина проехала метров пятьдесят, развернулась налево и въехала во двор. Остановилась.

— Дальше, дальше! — попросил Илья.

— Береженого Бог бережет, — остановил его Викун. — Как я понял из ваших скупых пояснений, искоренителя хрис­тианства желают видеть верующие и безбожники. Команда «фас!» дана. Назар, пройдись до квартиры, под кирного сра­ботай, если что.

— Это мы могем, — с готовностью вылез из машины Назар.

— Такие хлопоты, — чувствовал смущение Илья.

Викун развернулся на выезд, выключил фары. Мотор не

глушил.

Назар отсутствовал минут пять. Из подъезда он появился неожиданно, прошел мимо машины прямо к шоссе.

— Вот так, отец, — понял товарища Викун.

Илья не успел сказать что-то в оправдание: из подъезда вышел кто-то в пятнистой куртке, огляделся по сторонам. Ино­марка на углу дома как будто его не интересовала, припоро­шенная снегом, но урчание мотора он мог слышать. Постояв недолго, он быстро ушел в подъезд.

— Вот теперь погнали! — быстро выжал сцепление Ви­кун. Поравнявшись с Назаром, он открыл ему дверцу, чуть сбавив ход. — Прыгай!

Назар шумно усаживался на сиденье.

— Топтуны, блин, на васаре! Долдоны, блин! Звоню. От­крывает один, другой сзади, пентюх. Мужики, говорю, мне Тамару. Он мне: какая Тамара? А я ему: а ты кто такой? А он мне: канай, блин!

— Побазарили, одним словом, — прервал содержатель­ный рассказ Викун. — Впечатляет, отец?

Илья молча кивнул. Рождественская ночь полна чудес.

— Машину он, конечно, засек, — продолжал Викун. — Надо попетлять на всякий случай...

Метров сто вперед, налево, направо, разворот, стал, вы­жидая.

— Тут они подъехали, — усмехнулся Назар, показывая на спешащие одна за другой «раковые шейки».

Викун тронул машину. Заметил Трифу:

— Выходит, отец, что на вас, то и ваше. Включая голову.

— Садовая моя головушка! — стащил шапку Илья, вздохнул.

— Не убивайтесь, — подала голос дальняя женщина. — В обиду не дадим.

— Так, блин! — поддержал Назар. — Если вас менты па­сут, это по нашей части.

— А у вас какие проблемы? — успокаивался Илья.

— Проблем нет, долги остались, — ответил Викун.

— Давайте-ка знакомиться, — предложила дальняя со­седка Ильи. — Меня зовут Чара, рядом с вами — Светлана, за рулем Виктор и Эльдар.

— Подпольная кличка Назар, — съерничал тот. — Быв­ший тяж проффи Эльдар Назаров! В Штатах выступал, на­вел там шороху...

— Илья Натанович Триф, — представился Илья. — И не такой уж я старый.

— Это уважительно мы к вам так, — заметил Викун. — Назар, — обратился он к Эльдару, — а по Ленинградке не прорвемся.

— Мы не только по Ленинградке не прорвемся, — серьез­но ответил Эльдар. — Давай, Викун, батю в другой салон- купе переводить.

— Такие дела, Илья Натанович, — повернулся вполобо­рота к Трифу Виктор. — «Вольво» —машина комфортная, хотя багажник не купе экспресса. Зато любопытство органов уймем.

— Если надо... — засуетился Триф.

— Надо, Илья Натанович, — кивнул Виктор. — Пока пост на Ленинградке не проскочим.

— Я вам, батя, мягкого под голову дам, — ободрил Эльдар.

Перевод пассажира занял минуты три. Илья улегся по­удобнее, накрылся тентом.

— Готово.

Багажник захлопнулся. «Круиз продолжается», — отме­тил молча Триф, не готовый в полной мере из быстро меняю­щихся эпизодов составить полную картину своего существования. Об опасности он почему-то не думал, испо­ведуя принцип: «Я никого не обидел, я никому не нужен, никакого с меня проку нет». И даже то, что по его милости разбегались патрульные машины, устраивались засады, что неизвестные люди, пренебрегая опасностью, вытаскивают его из неведомых ловушек, не прибавило ему трезвого осмысле­ния. Часа три назад он трясся от мысли, что его задержит милиция и станет бить — это реально, это боль, которой он панически боялся, а подвижки куда более серьезные, чем милицейская дубинка, его не волновали. Сущность дилетан­та — неосознание меры опасности.

Благодаря таким качествам появились порох, самолет, кис­лота. Да, кстати: атомная бомба, черный юмор, оральный секс...

« А почему стоим?» — прислушался Илья.

Сначала он слышал голоса Эльдара и Виктора, неожидан­но прибавились незнакомые.