— Церковь напугана засильем иноверия. Прежними дог- J; матами веру не укрепишь. Я думаю, остро встал вопрос о возрождении подлинно славянских корней, для чего прежде всего требуется восстановить нашу подлинную историю. События и даты истории Руси искажены до неузнаваемости, а в библиотеке Ивана Грозного были точные хронологии, которые с приходом Романовых частью уничтожены, частью пе- f реписаны под них.
— Какой в том прок Церкви? — сомневался президент.
— Большой. Любовь к отеческим гробам, как писал Пушкин, подобна вежливости: дается дешево, стоит дорого. Та самая духовность, оплот державы, а с иванами, родства не* помнящими, крепкого государства не создашь. История —
примеру, как вы считаете, ради чего место Куликовской битвы перенесено за полторы сотни верст от Москвы?
— Кто ее переносил? Как была между Непрядвой и Доном, так и осталась, — заученно сказал президент.
— Увы, — развел руками Судских. — В те времена и Дон иначе назывался — река Танаис. А битва произошла на том месте, где сейчас находится Москва. Дмитрий Донской обосновался в районе Красной площади, и Куличково поле известно историографам Москвы, а Мамай держал ставку на Красном холме — нынешнее метро «Таганская». А вместо самой Москвы существовало небольшое поселение и литовская крепость. Лишь после битвы Дмитрий Донской взялся строить каменный Кремль. Романовы, утверждая древность своего рода, передернули даты и места. По их хронологии Москва была с 1147 года, стало быть, тогда была и Московская Русь. Для чего понадобилось саму битву перенести в Тульскую губернию?
— Да как же так? — возмутился президент. — А памятники, а братские могилы?
—■ То-то и оно, что братские могилы обнаружены на территории завода «Динамо», где там же, в Старосимоновом монастыре, похоронены Пересвет и Ослябя. Скажите, кому придет в голову за триста километров везти погибших?
— Спорить не стану, но подсчитать придется, — разумно решил президент. — Допустим, ваши доводы основательны. А не станет ли это поводом для нового хаоса?
