— Ты видела? Это Зоя, — зашептала Кира. — Всё не случайно. Чудо сейчас будет.
Через десять минут наверху хлопнула дверь. Кто- то быстро спускался вниз, практически бежал.
— Привет дружной компании, — весело крикнул мужичок в старом костюме и свежим порезом во всю щеку после бриться.
— Это он. Видела, как чудо его подгоняет?
Бабка задумчиво смотрела на ящики.
— Давай все вскрывать и писать.- предложила Кира.
— Бросил. Он меня бросил, — отчаянно закричала на верхней площадке женщина. -Сказал, что к президенту поехал. Врёт. К бабе.
Чуда не получилось.
— Когда я была женой, получала каждый год на 8 марта букет с тюльпанами. Скрывалась в комнате, как преступница, чтобы снять цветную обертку, рассыпать цветы.
— Зачем? — Кира представила Чуму, с азартом разрывающую в клочья бумагу, и засмеялась
— Стоит только разрушить искусственно созданную связь, как видишь неповторимые черты каждого.
— Твой рассказ похож на бред.
— Послушай, я делаю так, возьму нежный стебелёк. Тихо говорю: «Привет, дружок». Он нежным ароматом отвечает. Иногда озорники встречаются, желтой пыльцой в нос. Познакомились, теперь рассматриваю. У одного чашевидная форма головки, у второго заостренные и выгнутые лепестки, третий красный с тонкой желтой каймой.
— Четвертый?
— Больше трёх мне муж не дарил. Но и это не главное. Поставишь стебли в стеклянную банку с водой, а вверх поднимаются маленькие пузырьки воздуха. Цветок дышит. А если банка на солнце, то крутишь её и смотришь, как солнечный луч между стволами в прятки играет.
— А ты не пробовала просить мужа дарить цветы без упаковки?
— Зачем лишать себя радости открытия.
— А где он сейчас?
— Ушёл. У нас полюса разные.
Замок квартиры номер пять щелкнул, дверь открылась.
— Прошу прощения, что помешала вашему разговору, — обратилась к ним стройная женщина в длинном красном платье. — Цветок не заберете? Он всех мужчин из дома выгнал. Я решила его выкинуть.
— Берём.
Красивая женщина скрылась в квартире.
— Это, наверно, огромная монстера, — волновалась Кира. — Её листьями можно обернуться, ствол слона выдержит, а корни тяжелые, как мешок картошки.
— Отказываться поздно.
В глубине пятой квартиры послышалось шарканье, будто тащили огромный ящик.
Кира и бабка испуганно посмотрели друг на друга.
Женщина вышла из квартиры и протянула руку. В маленьком горшочке сидело нечто.
Это был бежево-коричневый камень с оттенком ржавчины. Сверху узор — шоколадно-коричневые линии с яркими пятнами на концах.
— Что это?
— Литопс. Цветок такой. Так берёте? Как хотите.
Красавица поставила горшок на пол и закрыла дверь квартиры.
— Ну, здравствуй, живой камень. Ты будешь моим четвертым.
«Проведи языком по дну кружки, будешь пьян» — как в бреду повторял писатель Петров. Он написал гениальную поэму и хотел бежать в издательство, а сейчас пил из термоса крепкий кофе и мечтал.
— Вот, я приду, а они прочитают и закричат: «Да вы, батенька, гений.» И побегут печатать. Миллионы экземпляров разлетятся по всему свету. Люди будут читать и восторгаться. Одинокие найдут свою любовь, влюбленные примут решение никогда не расставаться. И наступит мир во всём мире.
А что я? Вернусь в дом-коробку? Как же я один?
Петров посмотрел на рукописи, поцеловал, открыл окно и выкинул. Листки красиво летели по воздуху, смешались со стаей пролетавших мимо птиц и исчезли.
Писатель закрыл окно и побежал вслед за любимой
Петров с усилием открыл последнюю дверь, и они вышли на крышу дома.
Кира присела и потрогала ладонью её блестящий череп.
— Теплая от солнца.
— Теплая от людей, живущих в доме.- Петров лёг, положив руки под голову. — Они любят и ненавидят, радуются и негодуют. Эмоции создают энергию, что поднимается вверх. Это мы согреваем небо.
— Странно, я никогда об этом не думала.
— Представь, если бы в доме все друг друга любили. Какие бы теплые и звездные были вечера.
Кира смотрела сверху на город. Казалось, что его много веков назад построил великан, бессмысленно втыкая дома, ломая линию улиц. Люди каждый день стукались об углы серых стен, тонули в колодцах дворов, закрывали окна от соседа напротив. В таком городе невозможно быть счастливым.
— Деточка, ты садись, видишь, как чисто после дождя.- Бабка показала место рядом с собой.
Шлёп. Прилетел свежий привет от пролетавшей рядом вороны.
— Бессовестная! -Чума погрозила в небо кулаком. — Иди деточка, погуляй под парусами, — и показала рукой туда, где между опор на веревках висели белоснежные простыни, надуваемые ветром, словно крылья огромного корабля, рассекающего с лёгкостью толщу облаков.
Кира встала у паруса и закинула голову. Палуба качалась, а воздух пах солью и жареной рыбой с камбуза. Над головой носились чайки и кричали: «Кар, кар»
Вот вредные, всю романтику испортили.
Казалось, что они не просто так летают, а рассматривают ее наготу и смеются. Девушка сняла одну простынь и обмотала вокруг себя дорийским хитоном.
— Я дочь бога ветров Нотоса, заклинаю вас, улетайте с миром, а не то….
Ворон, словно ветром сдуло.
