Никто не возмутился. И правильно — каждый видел результат, видел, как растет продукт. После встречи Антон открыл Educatee, залогинился и сформировал три отчета: оценки класса за неделю по предметам, плотность учащихся по району, график роста количества учеников по годам. Все три выгрузил в CSV, после чего запросил смену пароля и сразу же отменил попытку по электронной почте.
Функционал работал как по маслу.
Холдинг остался доволен быстрым ростом Educatee. Директор по развитию Кирилл Абрамов позвал Антона на ужин в закрытый ресторан, где топы обычно обсуждали стратегические вопросы и играли в гольф на электронном симуляторе. Кирилл рассказал, что они оценили рынок частного образования в России и поняли, что для роста Educatee этого сегмента недостаточно. Единственный шанс стартапа вырасти и занять нишу — заключать договоры на условиях государственно-частного партнерства с региональными министерствами образования, которых «обязали исполнять майский указ Президента РФ по снижению бумажного документооборота в образовательных учреждениях». И Антону теперь придется кататься в командировки по регионам, подавать заявки на тендеры, обсуждать условия будущих контрактов.
По иронии судьбы первым городом стал Коммунар-на-Волге, его малая родина. Общаться удаленно с коммунарским Минобром оказалось практически невозможно — Zoom то и дело тормозил, сотрудники забывали отвечать на письма либо отвечали пространно и витиевато, будто нарочно затягивая процесс подачи заявки. Пришлось лететь. Гостиниц подходящего уровня Антон не нашел, но на малой родине его дожидалась пустующая однокомнатная квартира на окраине города, в которой он не появлялся уже несколько лет.
Антон созвонился с соседкой, которая следила за квартирой в его отсутствие, и попросил заказать клининг. После прилета он успел лишь закинуть вещи, сходить в душ и вызвать себе такси до здания министерства. Таксист попросил его сесть вперед, потому что на заднем сиденье валялись детское кресло и соковыжималка. Он согласился при условии, что водитель выключит радио «Дача». Всю дорогу Антон выслушивал истории про идиотские дорожные правила, про братишку, который обещал решить вопрос с огромным штрафом через знакомого мента, и прочие бытовые глупости. Прокуренный казарменный голос таксиста долго еще следовал за Антоном, вызывая тошноту — вплоть до Министерства образования, что пятьдесят лет назад обосновалось в здании бывшей классической гимназии. Паркет с тех пор никто не чистил, на окна лепили объявления «ОСТОРОЖНО!!! ВОЗМОЖНО ПАДЕНИЕ ЛЬДА!» и «СОБЛЮДАЙТЕ ТИШИНУ!!!», а в холл вкорячили два турникета, напоминавшие брутальностью противотанковые ежи.
Слева от турникетов работал музей гимназии. До революции здесь училась голубая кровь губернии, в том числе дворянин, ставший позже одним из заметных участников Февральской революции. Но как за революцией, по мнению Антона, не последовало обещанного величия, так и на втором этаже здания от имперского пафоса не осталось и следа. Длинный, похожий на пенал коридор упирался в дверь, на которой блестела именная табличка. Табличка гласила, что в кабинете принимает посетителей заведующая отделом обеспечения государственных услуг Управления лицензирования, государственной аккредитации, подтверждения документов Министерства образования города Коммунар-на-Волге Гафизова Р. И.
Антон достал из кармана спрей для полости рта, освежил дыхание и только после этого трижды постучал, выждал паузу, заглянул внутрь.
Гафизова сидела за столом с теткой, размалеванной, словно клоун из фильма ужасов. Заведующая водила ручкой по листку и что-то вычитывала:
— Здесь указать количество учащихся.
— Ахга! — кивала тетка.
— Сюда статистику за пять лет.
— Ахга!
Гафизова почувствовала, что на нее смотрят, и подняла взгляд.
— Что вам?
— Здравствуйте, Резида Ильгизовна. Приморский. По поводу Educatee.
Гафизова продолжила вычитывать документ. Антон не двигался.
— Подождите в коридоре.
Антон прикрыл дверь и одернул полы пиджака. Какого хрена! Уже 14:35!
Пришлось сидеть на лавке тринадцать минут. Все это время он заочно благодарил создателей интернета. Большую часть жизни он провел в цифровом мире, но по-прежнему помнил времена, когда у него не было ни смартфона, ни даже плеера. В девяносто восьмом году за эти тринадцать минут Антон изучил бы каждую царапинку на паркете, сейчас же он не успел прочесть и половины новых постов в телеграме, а тетка-клоун уже вывалилась из кабинета и, не закрывая дверь до конца, бросила ему: «Заходите!»
Гафизова так и не поздоровалась, только кивнула на освободившееся место напротив:
— Садитесь.
— Резида Ильгизовна, вы посмотрели наше последнее обновление?
— Да я-то посмотрела…
Гафизова придвинула к себе пухлый блокнот и открыла его на одной из закладок. Антон наблюдал, как она перелистывает страницу за страницей.
— Итак. ООО «Образовательные Технологии». Вот они.
— Профиль школы работает, мы на всякий случай проверили дважды. И ошибку в КТП поправили, разделы теперь создаются без проблем.
Гафизова вздохнула:
— Послушайте, молодой человек…
— Антон Сергеевич.
