Он прищурился, явно соображая, что делать дальше. Потом медленно кивнул, как будто соглашаясь с моими словами, но я уже видел этот взгляд.
— Ну, если так… — он обошел автомобиль и ещё раз посмотрел на капот. — Давай тогда разберёмся с номерными знаками.
— Что с ними не так?
Я повернулся и глянул на машину. Номера были на месте.
— Номера установлены не так, как положено. Без бампера они висят криво, могут упасть. Это нарушение.
— Да ну? — я глубоко вдохнул.
— Более чем. А ещё вопрос: пил что-нибудь? Что-то у тебя язык заплетается… дыхни!
Я все больше понимал, куда он клонит.
— Не курю, не пью, не танцую на столах в день зарплаты. Что ещё хотите?
Инспектор даже не улыбнулся.
— Выйдите из машины.
Я открыл дверь, медленно выбрался наружу.
— Пройдёмте, — кивнул он в сторону патрульного автомобиля.
На капоте патрульной машины лежала книга с правилами дорожного движения. Инспектор открыл её и ткнул пальцем в статью.
— Вот, смотри. Если номерные знаки установлены ненадлежащим образом, это нарушение.
Я даже не стал читать, понимая, что для себя гаишник уже все решил.
— И что теперь? — сухо спросил я.
— Теперь машину на штрафстоянку, — заявил он.
— То есть из-за номера, который слегка висит неровно, забираете машину?
— Именно.
Я посмотрел на него и решил не ходить вокруг да около.
— Скажите честно, старшина, это вас Рубанов послал?
Инспектор сделал вид, что не понимает, о чем я. Пошел за протоколами, а вернувшись, всё-таки ответил:
— У вас нарушений хватает и без Рубанова.
Всё это уже было слишком явно подстроено. Но спорить дальше было бессмысленно. Он принялся составлять протокол и выписывать штрафы.
— Заберете машину, как оплатите штраф и оформите все бумаги.
— Завтра мне она не нужна, мне она нужна сегодня.
— Сегодня — никак.
Я сжал кулаки. Если не вернуть машину к вечеру, это будет козырь в рукаве у Рубанова. Завтра он уже раздует историю, что «гениальный начальник культуры не может даже машину в порядке держать».
— Распишитесь, что с протоколом ознакомлены!
Я взял документ, скользнул взглядом по строкам.
— Подпись здесь, — поторопил старшина.
— Так, подождите про подпись, я не ознакомлен. Не торопите, а то почерк непонятный.
Инспектор нахмурился и, забрав протокол, начал читать его вслух. Я выслушал, а затем взял ручку и написал — НЕ СОГЛАСЕН. Инспектор покосился на меня, но молча забрал документ.
Я уже понял, что этот вечер лёгким не будет. Машина была нужна позарез — не просто как средство передвижения, а как козырь в моей борьбе. Если я не верну её, у Рубанова будет ещё один аргумент не в мою пользу.
— Что теперь? — спросил Карл Иванович, наблюдая за тем, как нашу машину эвакуируют. — Наш же завгар живьем сожрет!
Решать вопрос с автомобилем я поехал к нашему управдому. Семёныч, как обычно, был у себя и сразу открыл дверь.
— Чего пожаловал, Максим Валерьевич? — он лениво поднял на меня глаза.
— Семёныч, дело есть, — сказал я.
В квартире управдома было простенько, но чисто и местами уютно. Он провел меня в комнату-кабинет, где на столе стоял стакан с недопитым чаем, а рядом лежала раскрытая газета.
— Чай бушь?
Я отказываться не стал и, пока управдом заваривал чай, обрисовал ему суть проблемы с автомобилем. Семёныч попричитал что-то себе под нос и взялся за проводной телефон.
— Ну, сейчас позвоню куда надо, у меня там племянник бывшего сослуживца в начальстве…
— Погоди, Семёныч, — остановил я его.
Он удивился, но трубку положил.
— Так тебе вопрос надо решать же!
— Решать надо так, чтобы запомнили и чтобы делать ещё раз было неповадно, — пояснил я,
— Во как! Я смотрю, у тебя не просто план, а план с огоньком, — он откинулся на стуле, заложил руки за голову. — Так, ну и рассказывай, что ты надумал?
Я взглянул на него.
— Я хочу, чтобы ты звякнул племяннику своего знакомого и выяснил — оформлен ли автомобиль, как следует.
— А чего ему не быть оформленным? — управдом вскинул бровь.
— Того, что Рубанову перед проверкой не нужны такие проблемы. Что-то мне подсказывает, что никто и никак автомобиль не оформлял на штрафняк, — пояснил я.
— Почему? — удивился Семёныч.
И я изложил ему свою точку зрения. Оформлять реальный протокол Рубанову на свой же транспорт невыгодно. На носу проверка, а это лишнее бюрократические проволочки. Ведь за штрафстоянку платить надо. Что выгодно — это сделать так, чтобы машина на некоторое время исчезла. И тогда у завхоза администрации вопросы будут ко мне — где автомобиль? Тогда мне будет непросто объясниться, а это уже реальный выговор, что вкупе со строгим выговором после проверки быстренько приведёт к увольнению по статье.
— Лихо у вас все закручено! Ну сейчас звякну, узнаю…
Он снял трубку, набрал племяннику своего знакомого и попросил его пробить — числится ли по наш автомобиль на штрафстоянке.
— Нету такого, говоришь, Павлик… спасибо, что помог, дядьке своему привет передавай. Ага, на рыбалку обязательно поедем.
Семёнов положил трубку и, сцепив пальцы в замок, уставился на меня.
— Нема такого автомобиля, — заявил он. — Что дальше делать собираешься?
— Собираюсь машину забрать.
Семёныч не моргнул.
— Угнать?