
Наш современник-попаданец уверенно идет по карьерной лестнице в милиции в 1978-м году. Сан Саныч теперь начальник угро, личным сыском нашел и обезвредил нацистского палача, десятки лет скрывавшегося под чужой личиной.Время насладится заслуженной победой, но случилась беда. Его служебного пса Мухтара забрали из Зарыбинского ГОВД...
Это ШЕСТОЙ том серии, читать первый том тут: https://author.today/work/353762
— Миша! Какой еще, нахрен, хозяин, что ты несешь⁈ — я готов был вытряхнуть из Баночкина душу, но понимал, что тот не виноват.
— Я не знаю, Саныч, — пробормотал дежурный, втянув голову в могучие плечи. — Он, это самое… с Кулебякиным переговорил и забрал. Получается, что шеф добро дал.
— Шеф, говоришь? — зло процедил я и, тут же развернувшись, быстрым шагом, почти бегом направился к лестнице.
Я взлетел на второй этаж и ворвался без стука в кабинет начальника:
— Петр Петрович, я не понял! Про Мухтара — это правда? Это что за подстава?
Кулебякин, который стоял и курил у окна, теперь вздрогнул и, чуть попятившись, уперся задом в подоконник. Остановился и виновато пробормотал:
— Сан Саныч, понимаешь, тут такое дело… Ершов из госпиталя вышел, оклемался. Не надеялись уже…
— Рад за него! Ближе к делу. И кто это вообще?
— Ну-у, это прошлый хозяин Мухтара, — Кулебякин попытался стряхнуть пепел в окно, но сигарета выпала от щелчка пальцев и улетела на улицу.
— Насколько я помню, кинолог, за которым был закреплен пёс — погиб при исполнении. Так?
— Почти, — кивал майор.
— Что значит — почти⁈ — рявкнул я, напирая.
— Сан Саныч, успокойся, найдем тебе другого пса, еще лучше. Даже двух, если захочешь. Я договорюсь, денежки нам на покупку из лучшего питомника выделят. Овчара голубых кровей.
— Меня нашенская кровь устраивает. Другого не надо… И скажите, Петр Петрович, как такое могло вообще произойти? Пса, находящегося на балансе Зарыбинского ГОВД — увели?
— Ну-у… Там такое дело…. Ершов — уважаемый сотрудник, ветеран службы. Его пуля зацепила бандитская, думали, не жилец. Месяцы в госпитале, потом неходячий был, на реабилитации в Москве лечился долгое время. Пока его не было, Мухтара к нам и определили. Так он к тебе и попал. А сейчас Ершов, вроде, ходит. Вернулся в Угледарск, в отставку вышел. И как почетный ветеран органов внутренних дел он в Главк бумагу накатал, дескать, прошу вернуть мне друга, служебного пса Мухтара. Согласно заслугам уважить, мол, инвалида. Списать служебную собаку, а он его заберет себе домой.
— Молодого? Списать?
— Ну, там генерал навстречу пошел, сам знаешь, что разные причины можно найти для списания, не только возраст.
— А мои заслуги что, не считаются? Или мне тоже бумагу надо было писать?
— Сан Саныч, пойми. Ты же теперь не кинолог, официально у нас нет такого сотрудника. Вот и посчитали они там, — Кулебякин ткнул пальцем в потолок, — что пес нам не нужен более.
— Охренели… — выдохнул я. — Они сводку, что ли, не читают? Там Мухтар на каждом мало-мальски значительном преступлении значится! И почему я не в курсе, что моего пса списали?
— Да еще не списали, приказ готовится, акт выбраковки только составили. Пару дней — и формальности закончат.
— Адрес!
— Что?
— Адрес этого ветерана…
— Сан Саныч, зачем тебе? — Кулебякин потер лысину. — Уже ничего сделать нельзя. Не совершай глупостей, Саша. Меня скоро в область заберут, тебя буду на свое место рекомендовать, перед генералом ходатайствовать. Тебе сейчас не о собаках думать надо, а о карьере. Об отделе нашем… Кто рулить будет? Кроме тебя некому.
— Я друзей не списываю. Адрес мне назовите, — непреклонно проговорил я.
Шеф вздохнул, подошел к столу. Поднял трубку и покрутил диск телефона. Переговорил с кем-то из кадров УВД Угледарска, записал на листочке адрес Ершова и протянул мне.
— Только я прошу, Саша, не наделай глупостей… Иначе ни меня, ни тебя не переведут. А может, и вообще турнут.
— Разберемся, — буркнул я и вышел из кабинета, хлопнув дверью.
Спустился на крыльцо и осмотрелся. Как назло, служебной «копейки» на привычном месте под топольком у зданию не оказалось. Мои парни, Гужевой с Прошкиным, сейчас поехали по обыскам. Нужно было многое осмотреть: квартира Святоши, дача, гараж. Также отработать всех знакомых и друзей Святоши, благо их у него оказалось немного. Еще нужно было найти хоть какие-то следы Сафрона.
Его мы пока так и не обнаружили. Судя по обстановке в квартире Святоши, Сафрон там не проживал уже несколько дней. У него теперь есть паспорт на имя Блохина, он мог и смыться из города, затеряться на просторах Союза. Но я нутром чуял, что этот гад всё ещё где-то здесь, у нас.
Были кое-какие мысли, как его выманить и найти, но в свете последних событий вот совсем не до него стало. Перво-наперво нужно вернуть Мухтара. Даже если мне придется забрать его силой и порвать приказ о списании прямо в кабинете генерала — я это сделаю.
Уволят? Ну и хрен с ним. Уеду с псом на Севера, там восстановлюсь в ментовке. Буду коллегой Тулушевским сородичам. В журнале «Советская милиция» пишут, что там всегда требуется личный состав. Некомплект в тех местах хронический, а с милицейским высшим образованием так и вообще почти нет сотрудников.
Такие невеселые мысли крутились в голове, пока я оглядывался по сторонам в поисках подходящего транспорта, чтобы выдвинуться в Угледарск.