За время своей работы в милиции я не только поднаторел в оперативных методах, но и освоил основы практической криминалистики. Даже хотел сесть на место Загоруйко сейчас, уж больно долго, как мне казалось, он сравнивает.
Вдруг рука Валентина замерла над объектом.
— Не совпадают, — произнёс он тихо.
Я нахмурился:
— То есть? Хочешь сказать, что это не Сафрон, Валя? Ты ничего не перепутал?
— Ошибки быть не может, — Загоруйко задумчиво провёл пальцами по дактилокарте, затем сдвинул очки чуть на лоб и сказал: — По моему экспертному опыту, эти отпечатки оставлены женщиной.
— Что? Какой еще, на фиг, женщиной, Валентин? Как ты вообще это понял?
— Формально определить это нельзя, нет такой методики, так что в справку не запишу. Но на практике я как эксперт выделил такие черты: у женщин папиллярные узоры аккуратнее как бы, сами папиллярные линии тоньше, да и фаланга уже, кожа более гладкая, в том смысле, что без грубых дефектов и шрамов. Их отпечатки почти изящны, — ответил он, словно читая несуществующий учебник по криминалистике, написанный им самим. — Это, то есть, в большинстве случаев — хотя неминуемы исключения.
Я выгнал всех из кабинета к чертовой матери, отправил работать. Оставил только Валентина и прокурорского следователя. Следак зарылся в протокол, описывал труп, строчил усердно и не замечал, что происходит вокруг. Ему главное что — обстановку зафиксировать. Знал, что касаемо следов Валя ему всё потом надиктует, и он готовое впишет в протокол.
Я тем временем нехотя подошёл к шкафу и достал аккуратно за края маленькую, красивую кружку из старого сервиза, которую никто никогда не трогал. Подал её Загоруйко.
— Обработай её, — приказал я, — попробуй найти следы рук, чтобы сравнить с теми, что на рукоятке ножа.
Он быстро, но аккуратно провёл несколько раз кисточкой по поверхности кружки, и мы наблюдали, как черный порошок налипает на следы, а те проявляются, словно по мановению волшебной палочки.
Откопировал следы на пленку, приклеил ее к отрезку отфиксированной заранее в растворе незасвеченной глянцевой фотобумаги белоснежного цвета. И снова принялся рассматривать и сравнивать следы, взяв в руку громоздкую черную криминалистическую лупу. Но на этот раз долго не вглядывался, следы четкие, и его опытный глаз мигом обнаружил что-то.
Он поднял голову с удивлением и пробормотал:
— Совпадают. Отпечатки на кружке и на рукояти ножа оставил один и тот же человек. Только кто это? То есть, Сан Саныч — откуда эта кружка? Она была в кабинете?
Холодок пробежал по моей спине, и в груди сжалось что-то невыразимо болезненное. Вспомнилось, как когда-то Вера, сидевшая у меня в кабинете, угощалась чаем из этой самой кружки — как она взяла её и неторопливо отхлебывала чай без сахара. Мы обсуждали, как поймать Святошу, все это я помнил прекрасно, будто вчера произошло… А потом Вера вымыла кружку и аккуратно поставила на полку, и с тех пор её никто не трогал. Никто!..
Всё указывало на то, что именно она оставила эти отпечатки.
Я боролся с желанием немедленно разгласить результаты только что проведенного дактилоскопического исследования во всеуслышание и тут же объявить Веру в розыск. Но что-то удержало меня. Я понимал, что не всё гладко в этой запутанной истории — нож был воткнут по самую рукоять, и такая сила удара не характерна даже для обычного мужчины, не говоря уже о женщине. Конечно, Вера стойкая и ловкая, но всё же… Может, она прошла спецподготовку? — мучительно размышлял я, взвешивая все за и против. Из всех людей, способных так вонзить нож, я знаю только одного — Грицука… Сомнения одолевали меня. Что дальше делать?
Но замешательство было секундным. В следующий момент я принял решение и ответил на вопрос Валентина:
— Кружка эта из моего кабинета, я заметил, что она сдвинута на полке. Вероятно, убийца, после того как прирезал Ваню, зачем-то взял ее в руки. Посмотрел и поставил на место. Но немного не на то место…
Звучало очень правдоподобно, по крайней мере, Загоруйко и следак сразу поверили. Валя изъял пальчики, упаковав их в бумажный самодельный конверт. Следаку тем временем уже привели понятых: заспанных и перепуганных мужичков-суточников из КПЗ, отбывавших там административку. Они расписались на конвертах, а я сообразил, что Валентин отправит копии следов в областную картотеку. И вот там уже пальчики Веры могут «стрельнуть». Но это нескоро, а пока у меня есть немного времени, чтобы распутать этот клубок.
Тем временем операция по поиску Грицука была в самом разгаре.
