— На самом деле все очень просто, — улыбнулась я, — долгая жизнь. Вы ведь знаете, что маги живут дольше обычных людей, и намного? — и, дождавшись утвердительных кивков, продолжила, — однако никто никогда не слышал о прожившем двести лет крестьянине, хотя дар может быть и у них. Да только если он не активен, то максимум, что он даст — дополнительные лет десять жизни, никакого сравнения с сотней! Причем с сотней, когда ты не дряхлый старец, а человек в полном расцвете сил и здоровья!
Глотнув вина, добавила:
— Активируется дар во время учебы в Академии, приблизительно в конце третьего — на четвертом курсе. А стабилизируется ритуалом при переходе на пятый курс, однако и это еще не все! Даже стабильный дар даст жизнь лишь до ста лет, правда, и улучшенное здоровье и долгую зрелость тоже. И только после получения диплома и принесения особой магической клятвы магами-выпускниками над ними проводят ритуал, который и позволяет им жить до двухсот лет, практически не старея.
Тина добавила:
— А еще дар можно заблокировать, так делают, если кого-то изгоняют из Академии.
Сигни покачала головой:
— Да уж… А почему об этом никто не знает?
— Ты не права, кому надо — знает, а не магов это не касается, — неожиданно жестко возразила ей Тина.
— Ну ладно, я понял, зачем это аристократам, а зачем это Академии? — вмешался Дойл.
Я усмехнулась:
— Помнишь, я сказала про магическую клятву? Маг в течение десяти лет после окончания Академии выполняет её задания. Не так, как те, кто учились на стипендию — им могут, например, дать на выбор три задания, но в любом случае одно из них выполнить придется. Кроме того, маги в течение тридцати лет после окончания Академии отчисляют десятину от своих доходов Академии. А ты думал, за какие деньги все там организовано?
— Да, хитро придумано! — одобрительно заметил Дойл, терзая подбородок, и сменил тему. — А как вы в общежитии устроились?
— Все отлично, нам проще, мы ж вместе. А у тебя как? — поинтересовалась Сигни.
— Комната-то хорошая, а вот кто соседом будет, — пожал плечами тот, — как подселят какого высокородного засранца…
— Ну почему сразу засранца? А вдруг кто приличный будет? — как-то неуверенно спросила Тина.
Дойл покачал головой:
— Не с моим счастьем. Интересно, а с кем поселится этот, как его, Кэл вроде? Ну тот, что как его там… Не эльф, а…
— каллэ’риэ. А вообще-то для тебя это было бы не самое худшее соседство, — заметила я.
Он поперхнулся вином и закашлялся, да так, что Сигни пришлось постучать его по спине.
— Лин, ну ты сказанула! Эльф и я!
— Знаешь, в худшем случае он бы тебя не замечал. каллэ’риэ ценят не только свою свободу, но и чужую…
— Да кто они такие? — не выдержала Сигни, — ты, похоже, относишься к ним с уважением, не хочешь поделиться?
— Я расскажу, только дайте слово ни с кем об этом не говорить, хорошо? — я обвела их взглядом и, дождавшись утвердительных кивков, рассказала все, что знала. После моего рассказа наступила тишина, затем Сигни покачала головой и сказала:
— Да, дела… И чего он забыл в Академии?
— Я бы тоже хотела это знать, — буркнула себе под нос я и продолжила, — но вообще-то каллэ’риэ так мало, что учить магии их некому. Видимо, он каллэ’риэ по наследству, иначе бы к моменту отказа от клятвы был бы полноценным магом…
Сигни пожала плечами:
— Ну не знаю, будь у меня ребенок, я бы его всему сама научила, не отдавая во всякие там Академии… тем более что они и так живут дольше всех!
— Не всему можно научить так, — не согласилась Тина, — артефактор ничему хорошему боевого мага не научит, а боевой маг — целителя. Ладно, — сказала она, поднимаясь, — мне пора. Девочки, я в седьмой комнате живу, заходите!
Она помахала нам и ушла. Дойл мечтательно посмотрел ей вслед:
— Красивая у тебя подруга…
— Эй, ты губы-то не раскатывай! У Тины жених есть, боевой маг, и она его очень любит!
Он расстроено вздохнул:
— Ну вот, только кто-то понравился, и сразу обломали… А где я себе девушку найду?
— А как же мы? — Сигни незаметно подмигнула мне и состроила обиженную мордочку, — мы что, уже не девушки?
Я чуть не подавилась, но она толкнула меня под столом, давая понять, что хочет разыграть парня.
— Да, на других смотрит, а на нас и внимания не обращает, — поддержала шутку я.
— Девочки, я… — на Дойла было смешно смотреть, он смутился и явно пытался найти слова, — вы красивые, особенно Сигни, но…
— Да ладно, расслабься, это шутка была, — не выдержала Сигни, — и вообще мне высокие блондины нравятся!
— Фухх, ну вы и шутите! Вот поэтому мне и нравятся такие, как Тина!
— Такие, это какие? — не на шутку заинтересовалась я, — просто любопытно до ужаса!
— Ну… Теплые, мягкие, домашние, — Дойл почесал голову, — а вы двое для меня слишком… Как бы это сказать…
— Холодные, жесткие и дикие? — поддела я парня.
— Да ну тебя! — махнул рукой тот, — во, понял — вы боевые подруги!
