В ряд задач или алгоритмов включали неправильные или неточные сведения, которые должны поставить обучающегося в тупик из-за своей неизвестности или противоречивости. Так тренировали критичность людей к постановке задач — чтобы они не принимали их как изначально правильные, а постоянно сверяли со своим опытом. И если в нем не находится соответствий — задавали бы уточняющие вопросы тому, кто ставит задачу. А то порой бывает так, что человек задачу не понял, но начал ее выполнять. Результат как правило плачевен. Мы хотели исключить такие ситуации — если не полностью, то по максимуму. Высшим шиком было, когда обучающийся подвергал сомнению сами критерии оценки деятельности, а то и вообще — предлагал новые. Таких мы брали на особый контроль, так как именно постановка целей и правильная оценка действий — наиболее важный навык в управлении обществом и коллективом. И если кто-то показывает способности в этом направлении — его надо брать на заметку и всячески развивать и продвигать. Иначе мало того что потеряем человека, мыслящего позитивистски, так он, не получив реализации своим способностям в рамках общего курса, может применить их и вне его рамок. А диссиденты и революции нам не нужны. Пусть лучше исправляет недочеты, будучи включенным в деятельность общества. Но это если замечания и предложения по делу, обоснованы. Если же это было бессодержательное проявление гонора — таких тоже брали на заметку, но как потенциальных разрушителей — коллектива, дела, государства. Борьба с ними велась жестко — после первых бесед, если он не унимался, ему навешивали вредительство и подрыв строя и отправляли в штрафные роты. Ибо нехер. Нет времени разбирать его "драгоценное" мнение.
Как мы вообще вышли на тему ускоренного обучения. Я проходил мимо группы солдат, которым сержант рассказывал устройство пулемета. Последовательно объясняя теорию, потом показывал сборку-разборку, потом — как ухаживать, и уже затем — солдаты допускались до практических занятий. Я и сам ничего не понял, точнее — только что рассказанное сразу же забывалось под ворохом новых сведений. Неудивительно, что бойцы не смогли сделать разборку, и сержант носился между ними как угорелый, обвиняя в растяпстве и глупости.
— Так. Сержант, ко мне!
— Сержант Петренко по Вашему приказанию прибыл!
— Сержант, Вы же видите, что бойцы просто утонули в ворохе информации. Надо их обучать постепенно, с подкреплением практикой. Давайте разобьем на этапы — сначала — краткая теория, а потом — блоки — разборка, сборка, смазка, но каждый блок — тоже разбить на подблоки. Сколько их будет?
— Ну..
— Например, для разборки.
— Ну… диск, затвор… Это если неполная.
— Вот и давайте их научим каждому из этапов. Только наверное еще больше приблизим к реалиям использования. Что чаще всего они будут делать с пулеметом?
— Стрелять.
— Это да. А в плане сборки-разборки?
— Ну — диск менять…
— Вот. Получается, их надо прежде всего научить менять диск, это полезно и для сборки-разборки. И в бою. Так?
— Так.
— Пробуйте.
В следующий час большинство бойцов уже четко могли собрать и разобрать пулемет. Еще час ушел на чистку-смазку. Сержант тихо удивлялся. Другие командиры ему сначала не верили, но бойцы раз за разом демонстрировали устойчивое знание пулемета, а против фактов не попрешь. Командиры стали зазывать этого сержанта на обучение своих бойцов, на чем он и его командир сделали хоть и недолгий, но неплохой приварок — в качестве платы за сержанта командиры давали кто бутылку водки, кто сапоги, а кто — и трофейные часы — получить в своем взводе или роте много обученных пулеметчиков — это знаете ли немало. Но лафа длилась недолго — через несколько дней он был привлечен к составлению методички, затем — обучал методике других сержантов, и вскоре командиры получили своих палочек-выручалочек. Мы же, в том числе и с их поддержкой, стали развивать эту тематику.
При обучении основной упор делался на основное, что потребуется в деятельности солдата. В его деятельности главное — выжить и убить врага. Поэтому и обучались они прежде всего тому, как выбрать позицию, с которой он может поразить врага и сам не попадет под огонь, как пробраться на эту позицию, как поразить врага и как потом скрыться с позиции, чтобы не попасть под ответный огонь. Солдат тренировали постоянно оценивать окружающий ландшафт с точки зрения того, откуда могут прозвучать выстрелы, где может находиться враг, и что будет делать солдат в каждом из случаев — куда и как двигаться, как стрелять. На марш-бросках командиры постоянно давали неожиданные вводные, и затем отслеживали действия бойцов, а потом разбирали ошибки или правильные действия и сразу же требовали от солдат, чтобы те объяснили, почему что-то считается ошибочным или правильным в данной ситуации — с помощью этой хитрости обучаемые крепче усваивали новые знания.
