Машина весом пять тонн могла перевозить на себе почти десять тонн оборудования. Широкие гусеницы делали в литейных мастерских, по комплекту в день. В мастерских же начали делать и двигатели по сто лошадиных сил — прыти это особо не прибавило, но проходимость повысилась еще больше. Геологи были от этой техники в восторге. Загрузившись буровым, промывочным оборудованием и химлабораторией, они колонной из трех-пяти вездеходов уходили исследовать местность — скважинами до двухсот метров они исследовали глубины земли и затем по керну и химическим анализам пытались установить содержание полезных ископаемых. За октябрь так было найдено несколько небольших месторождений железной руды, одно из них — с примесями титана и марганца, другое — с ванадием. Я тут же усадил инженеров за проектирование шахт и добывающего оборудования, но это дело небыстрое — хорошо если сделают все в первом приближении к Новому Году. Так что пока начали работать на запасах болотной руды, которой было вскрыто уже много. Конечно, для индустриальной разработки ее залежи были бедноваты — самые богатые лежали слоями по двадцать-тридцать сантиметров, с содержанием железа хорошо если тридцать процентов. Но для выплавки металла для снарядов, мин и гранат, а также для производства промышленного оборудования этого уже вполне хватало. Стволы для стрелкового оружия и инструменты пока делали из немецких танков, которые уже было невозможно реанимировать — их броня была отлично легированной и ее сталь подходила для ответственных узлов и деталей. Но и свое сырье для легирования уже начинало течь слабыми ручейками — химики чуть ли не на коленке выжимали крохи легирующих элементов из доступных нам руд.
Самым сложным становилось не само производство вездеходов, а отбиться от военных, которые при каждом удобном и неудобном случае осаждали меня просьбами и требованиями выделить им вездеходы, и побольше, побольше… Я как мог отбрыкивался от них весь октябрь — вездеходы были нужны, чтобы сделать качественный скачок в добыче полезных ископаемых — руды лежали в труднодоступных местах, и чтобы их оттуда достать, требовалось немало сил и транспортных возможностей, и вездеходы были в первое время незаменимы. Поэтому до начала ноября я стоял как скала, пока к одному из месторождений не была прокинута узкоколейка, по которой стало возможным вывозить заметные объемы руды. Тогда новая техника и пошла в войска.
К началу декабря было выпущено уже тысяча вездеходов грузоподъемностью пять тонн или десять пехотинцев с двойным боекомплектом. То есть ежедневно мы могли переправлять в любых направлениях пять тысяч тонн грузов или десять тысяч бойцов со скоростью тридцать километров в час по более-менее ровной местности и около десяти по приемлемо-пересеченной, где даже человеку будет пройти нелегко. Возможности маневра резко усилились. И с декабря мы начали каждый день выпускать по десять таких машин с двойным комплектом запчастей и запасными траками и пальцами на полгусеницы — зимой, когда песка меньше, этого должно хватать. Вездеходы стали буграми мышц, что перекатывались по нашей территории и сдерживали натиск фашистов.
Но это наше первое серьезное массовое производство приходилось буквально продавливать. Когда в конце сентября я озвучил требуемые объемы выпуска, командиры производства тяжело вздохнули и принялись меня убеждать, что такое невозможно.
— Стали не хватит?
— Стали-то хватит, рабочих не хватит…
— Дайте расчеты в рабочей силе.
И они начали приводить примеры — как они будут делать каждую операцию. Сначала я не понимал, о чем вообще речь. Потом стал по-немногу врубаться и меня начала охватывать оторопь. Они. Собирались. В массовом, поточном производстве. Вымерять все линейками и штангенциркулями. Вручную. Каждое отверстие.
— Да вы понимаете, что нам придется каждую деталь потом подгонять друг под друга?!?
— А как же иначе?
— Шаблонами!!!! Надо все делать шаблонами!!!
— Шаблонами?
— Шаблонами, итить твою кочерыжку!!! Берете боковину. Вымеряете. Делаете для нее шаблон с посадочными местами под инструменты. Один-к-одному. Да, такой большой шаблон. Подводите к обрабатываемом листу по направляющим. Сверлите. Все отверстия сразу. Отводите от обработанного листа по направляющим. Следующий лист. Или — сварка — вставляете лист в пространственную конструкцию. Вставляете другой. Зажимаете струбцинами. А лист уже уперся забазированными поверхностями в упоры. И листы сошлись. Потому что базируте тоже на шаблонных обрабатывающих точках, которые ранее уже были подогнаны все в сборе. Запускаете автомат сварки. Он варит. Рабочий следит чтобы не было эксцессов. Все.
— …
— Что?
— Это же сколько потребуется оснастки-то?
— Да уж по-меньше, чем рабочих. Зато она будет работать вместо них — останется только следить да подлаживать и подтачивать инструмент. Давайте — начнем так и посмотрим, что будет получаться.
