— Смотри, берёшь поварёшку, зачерпываешь жижу из котла (зайцы в вине за прошедшее время основательно разварились) и наливаешь в миску. Потом берёшь ложку, и ешь. Я показал всю процедуру от начала до конца, чтобы и повар, и остальные люди увидели и запомнили.
Интересно было наблюдать, как взрослые женщины и мужчины неуклюже брали миски и по-детски всей пятернёй держали ложки. Тем не менее, варева хватило на всех, и даже осталось. И можно было готовить не только тушёное и жареное мясо, но и супы, что очень актуально при дефиците продуктов. А впереди ещё несколько зимних месяцев, когда пищи будет не так много. Я, конечно, могу подозвать животное, но меня от этого коробило. Не люблю я принимать добровольную блаженную смерть от зверя. В общем люди оценили нововведение, вот только сразу возникла другая проблема — посуду нужно за собой мыть. Значит нужно обеспечивать возможность пользоваться водой.
Как я не откладывал на потом, но видимо придётся заниматься водопроводом. Все заготовки я уже произвёл, и они были в коллекторе под домом, осталось только раскидать трубы по местам, а для этого нужно сделать ещё очень много всего. Например, построить второй этаж. Пока я думал, как быть дальше и что мне делать, все разошлись по своим делам, и сейчас весело ничего не делали, а миски свои они оставили около печи прямо на полу. Собственно другого места всё равно не было. Вот так всегда — все задачи наваливаются одновременно. Если бы мудак Гаврила не притащил сюда кучу людей, то я спокойно отмыкал бы в купели, и постепенно строил свой дом. А теперь мне приходится форсировать события, и делать всё не так, как я задумывал изначально. А это мне уже совсем не нравилось. Может быть Про была права, и пока я не начал давать имена аборигенам, нужно было их всех пустить в расход, а набором персонала заняться когда у меня всё уже было бы готово? Зачем мне этот гуманизм, если я из-за него не могу достичь поставленных целей? Чего проще — позвать копьё и устроить тут Варфоломеевскую ночь… Занимался бы сейчас своими делами, и радовался каждому новому предмету, а то дошёл до того, что миски лагерные из адаманта делать начал. Не, пару баб я бы себе оставил, но остальных — нафиг… Какого чёрта он их столько приволок?
Не хорошо начинать историю мира с резни. Упаднические мысли нужно от себя гнать. Это один из вариантов испытаний, которые предстоят на всём жизненном пути. Если бы я не мог с ними справиться, то мир не дал бы мне их. Ведь это голожопое стадо могло погибнуть по дороге ко мне, но ведь нет, дошли как-то. Значит нужно выходить из положения и выполнять поставленную задачу. К чёрту сон, мне хватит купели, исполнять свои планы! Или всё-таки накормить неандертальцев олеандром? Что за мысли? Мне нужно изготовить краны, чтобы можно было протянуть воду в дом, значит нужно это сделать. Мне же эти краны по прошлой жизни знакомы, любой могу забабахать!
Кран я решил сделать самый простой — в трубку из адаманта я вставлю цилиндр, из того же адаманта с отверстием поперёк. Четверть оборота — проход трубки перекрывается, ещё четверть оборота и отверстие открывается. Изготовить проще простого, а за счёт свойств адаманта — обслуживать не нужно. Вместо фланцев сделаю канавки на трубке, чтобы можно было завальцевать золотую трубу.
На изготовление десятка кранов у меня ушло меньше часа, причём половину времени я потратил на изготовление сверла, которым потом сверлил отверстия. Руны опять не подвели, и краны получились герметичные и плавные. Вообще, адамант заменил мне весь термех и триботехнику, поэтому я мог делать абсолютно замечательные вещи, избегая последствий, которые на Земле сделали бы эксплуатацию моих изделий невозможной.
На укладку труб канализации и водопровода я потратил около суток. Если честно, мне было плевать, чем занимаются прихожане, так как кроме лишних забот я ни чего от них не получал. Немного порадовал Коваль, который смог-таки обеспечить большую часть населения обувью. Одно дело с моих плеч сброшено, и это пока был единственный момент, которым я был доволен. Во время укладки труб значительных отклонений от планов не нарисовалось, поэтому потри времени не было. Был другой вопрос — мне нужно было изготовить раковину, унитаз и ванну, но я не особо заморачивался по этому поводу, просто вырезав всё из песчаника, исходя из своих воспоминаний. А раковину на кухню сделал сразу вместе со столешницей, чтобы больше не возвращаться к этому вопросу. Я заметил, что если раньше я думал о каждой мелкой детали моих изделий, то сейчас я просто валял всё — лишь бы сделать, хорошо, что система могла подправить за мной неточности.
