Тут я увидел довольно-таки понятную картинку. Совершенно простая конструкция. Обычная рама, на ней два валика, один с готовой тканью, другой с нитками, одна направляющая с прорезями, и решётка с отверстиями. Одна нитка проходит в прорезь, вторая в отверстие. Получается, когда поднимаешь и опускаешь решётку нитки поочерёдно опускаются и поднимаются. И плоский челнок с намотанной нитью. Да такой станок я сам сделаю. Осталось только найти из чего нить делать. Думаю, что тут по любому где-нибудь должен расти лён или конопля или крапива, в общем растение с грубыми прожилками в стебле. И вот растение нужно будет размочить, потом размять и отделить волокна. А потом сплести из них нитки. Думаю, что если я часть деталей изваяю из адаманта и придам рунами определённые свойства, то может получиться очень даже неплохой агрегат! Так, теперь за дело. Сначала ищем траву, потом собираем станок. Хотя нет, сначала закончим большой чан для общей кухни, благоустроим народ, а потом займёмся тканью. Самое главное — понимание есть, а остальное приложится!
И вот так с высоко приподнятым настроением я набрал золота, и отправился в каменоломню за тележкой. По дороге обратно я осматривал все подходящие виды трав, и таки нашёл дикий лён! Правда он уже был пожухлый, но я всё равно его собрал, и к повозке вышел с огромным пучком травы. Надо тренироваться делать нитки, а то вся затея со станком провалится не начавшись. И от разговора с Гаврилой я ожидал неплохих результатов. После погрузки льна, моя телега вообще стала напоминать телегу беженца, но меня это даже позабавило. Прошло всего ничего времени, а у меня уже такой набор вещей. Я дополнил скарб несколькими приличными кусками песчаника, то есть туфа, и впрягся в телегу.
Через четверть часа я уже смотрел на сидящих вокруг жарящегося оленя людей, и решал, что делать дальше. Телегу я закатил прямо во внутренний тамбур, благо места тут было предостаточно. Потом лопатой расширил русло ручья, подождал, пока сойдёт муть, и положил в него траву, а чтобы не унесло течением — прижал камнями. Теперь надо заняться плавкой золота и созданием заготовки. Я не стал заморачиваться и выкопал в земле ямку, в форме круга, сложил заново печь и загрузил тигель. Теперь осталось только подождать, пока расплавится металл. Во время работы я постоянно краем глаза замечал, что за мной наблюдает тот или иной человек. Мне было сложно их идентифицировать, в отличии от Гаврилы они все были для меня на одно лицо. Единственное я отличал мужчин от женщин по гениталиям. Процесс изменения только начался, поэтому давать имена я не спешил. Само срастётся со временем.
Гаврила же был заметно крупнее остальных, было такое ощущение, что он изначально из другого племени. Может быть мы как-нибудь поговорим об этом. Пока я раздумывал о хитростях бытия, металл расплавился, и я вылил его в «форму». Остаток металла я вылил просто на землю. Потом слеплю из него крышку.
Пока металл остывает, я пошёл к голодной пастве. Точнее к оленю. Не знаю кто из наблюдателей догадался, но угли от костра подгребли поближе к оленю, так что он продолжал готовиться даже когда основной костёр прогорел. Посреди покрытой золой площадки одиноко стояла золотая кастрюля с печенью оленя, я так понял, что никто не посмел притронуться к ней. Что ж, так даже лучше. Я взял уже остывшую кастрюлю, и заглянул внутрь, пусть блюдо уже остыло, но запах пряностей и тушёной печени был великолепен! Я заранее так разделил большие куски, чтобы хватило всем, поэтому теперь угощение нужно просто раздать. Поманив ближайшую ко мне самку (по-другому я пока не могу называть эту образину), я протянул её кусок. Если вы набожный человек и ходите в церковь, то знаете, как принимаю просвиры из рук священника. Вот сейчас было примерно также. Причём бережно приняв угощение, самка отошла, но не притронулась к пище, продолжив держать кусок двумя руками. Потом я постепенно обошёл всех, и картина была всегда одинаковая. Первочеловеки с благоговением смотрели на угощение, не притрагиваясь к нему. Я заглянул в кастрюлю — там осталось ещё пара кусочков. Тогда я взял кусочек, посмотрел на своих людей и сказал им — ешьте, это вкусно, наверное… И отправил кусочек в рот. Может быть мне очень нравится тушёная печень, но то, что я сейчас ел — было великолепно. До этого я просто жарил на костре олений ливер, а один раз даже испортил его. Это когда олень приземлился пузом на кол, там как раз была печень. И всё бы ничего, если бы не желчный пузырь, который тоже попал на кол. Я даже разбираться не стал, просто выкинул всё нафиг.
