Я подошёл к одному из торговцев, который свой товар, ряды книг, разложил прямо на асфальте площади, подстелив газетку. Это было полное собрание "Антологии современной фантастики", книги за которыми, во времена моей учёбы в школе, в библиотеках стояли очереди, а у моих знакомых, их не у кого не было. Сейчас же за это богатство просили сущую мелочь, но желающие, всё равно не находились. Поинтересовался у продавца: откуда они у него? Оказалось, что остались от отца, в наследство, как и другие подписные издания в доме, которые сейчас некому, и даром, не нужны. Разговорился с мужиком, которому было скучно просто так стоять, и почему бы по этому, не почесать языком с симпатичной нездешней девочкой. Заодно у него узнал, как мне добраться до Дивногорска, следующей точке моего маршрута. Около вокзала, оказывается, останавливаются проходные частные междугородние автобусы, которые за небольшие деньги довезут до любого города Республики. Поблагодарив словоохотливого мужика за информацию и купив у него, в благодарность за пятьсот мишек комиксы, напечатанные на плохой газетной бумаге в два цвета, пошёл по направлению к центру города. Пора было приниматься за поиски нужного мне человека.
В своё время Мария озаботилась негласным получением генетического кода Дубова, так, на всякий случай, который сейчас был заложен в аналитический комплекс в моём браслете, производящий дистанционный анализ окружающих меня в радиусе километра, людей на предмет соответствия. Точность была на уровне восьмидесяти процентов, но и то хлеб. Когда будет подтверждение, то методом горячо — холодно, буду искать конкретный адрес. Сейчас я просто гулял по улицам и ожидал сигнала, но пока всё было тихо. Зашёл в магазинчик, торгующий печатной продукцией. Книг было мало. В основном были местные газеты и комиксы, разного качества исполнения и содержания. Людей планомерно отучали читать. Грамотными и образованными очень трудно управлять. Они могут задавать неудобные вопросы, на которые иногда приходиться, власть придержавшим, отвечать. В этой кальке сумели провернуть тот сценарий по развалу России, который у нас провалился. На её месте образовалась куча карликовых государств, по примеру Югославии, которые управлялись мафиозными структурами, находясь под протекторатом дяди Сэма, или коммунистических капиталистов. Зато они все имели в своём название слова: народная, демократическая, независимая. У кого-то хватило ума назвать даже: дважды демократическая. Это был тот ад, которого нам удалось избежать.
Центр города был застроен пятиэтажными кирпичными и панельными домами, которые не ремонтировались, видно ещё, с брежневских времён. На многих окнах не хватало стёкол, и поэтому они чернели провалом, или были заколочены фанерой. На каждом столбе белели рукописные объявления: сдам квартиру на час и телефон или адрес. Машин было немного, и почти все произведённые отечественным автопромом, в разной степени раздолбанности, но ещё, как видно на ходу. И это не потому, что подержанные иномарки были не доступны по цене. Я по ходу дела, заглянул на местный авторынок. За подержанную тойоту, просили в два раза меньше, чем за москвич в таком же состоянии. Всё дело оказалось в жидкости, которую местные аборигены упорно называли бензином, и которую с рук продавали, чуть ли не на каждом перекрёстке, разлитую в полуторалитровые баклажки, вместе с разлитым в такую же тару самогоном. Попадание этого бензина в любую, уважающую себя иномарку, вызывало мгновенный инфаркт, двигателя, а самобеглые коляски выпущенные Союзом, перевозят на нём людей и не жалуются на судьбу.
Попались на глаза два уазика, покрашенные в канареечный цвет с гордой надписью милиция. Редкие прохожие их просто не замечали, показывая к ним своё отношение. Заходя в редкие магазины, по пути моего следования, определился с покупательной способностью цветных фантиков. Один доллар составлял примерно пять тысяч мишек, но они были не в чести. Буханка хлеба стоила тысячу мишек, а литр молока четыре тысячи. Почти у каждого дома на земле были разложены газеты, на которых жители выставили то, что по их мнению, можно было еще продать. Отдельно на низенькой скамеечке сидела бабушка в тёмной одежде, державшая, что то очень яркое на своих коленях. Неиссякаемое женское любопытство, заставило меня подойти поближе и рассмотреть. Это оказались самодельные дамские носовые платочки, вырезанные из старых красивых платьев и обшитые по краям вручную. Увидев меня подслеповатыми глазами, бабушка проговорила:
— Внученька, купи себе платочек. Недорого, всего двести мишек. Смотри, какие нарядные. Тебе в радость, и я себя смогу сегодня порадовать кусочком свежего хлеба.
