При виде меня, входящего в комнату, Гаврош попытался вскочить мне навстречу, но я запретил ему это сегодня делать, пообещав ему, что если он проведёт честно весь день в кровати, то вечером его от меня будет ждать подарок. После этого добавил:
— Сегодня я уезжаю по делам, и меня, скорее всего, долго в Горвинте не будет. Зато в ближайшее время сюда приедет мой старший брат, полный неумеха, которого будут здесь натаскивать, пытаясь сделать из него наёмника. Перед своим отъездом я прикажу учителям обучать тебя вместе с ним, и надеюсь, вы подружитесь. Так как в столице он в первый раз, то возьми над ним шефство. Помоги побыстрее освоиться на новом месте. А пока выздоравливай и набирайся сил. Учёба будет тяжёлой, и если ты дашь слабину, то тебя обратно не возьмут.
В это время открылась дверь, в которой показался ожидающий меня Тибор, и поэтому я попрощавшись вышел вместе с ним из комнаты. Мой вассал, конечно, обратил внимание на мой вызывающий прикид, но не высказал ни толики удивления увиденным, показывая этим великолепную выдержку и умение владеть собой. Он только спросил:
— Чем я сегодня могу услужить Вашему Высочеству?
— Завязывай обзываться, чай не во дворце. Называй меня просто леди Алиса. Ты уже позавтракал? — Услышав утвердительный ответ, добавил: — подготовь своего коня, и мне что ни будь, подбери на конюшни. Мы едем в соседний город, забрать кое-кого. Да, и сразу, пока не забыла: купи в ближайшее время пять лошадей. Они должны быть спокойные, выносливые, как раз для новичков, но не особенно выделяться на общем фоне. Особенно не торгуйся, деньги, сколько надо, возьмёшь у Мэрилин. Она в курсе. На конюшне долго не возись, нам ещё после этого к дядюшке Мишлену заехать надо на серьёзный разговор.
Наше совместное путешествие нечем особенно не запомнилось. Многие встречные удивлялись тому, во что я одета, но увидев надетые на меня драгоценности, и серьёзное лицо моего телохранителя с именной шпагой, который обеспечивал безопасность им и хозяйке, старались не возникать, и помалкивать в тряпочку. Правда, нашлась компания отмороженной местной золотой молодёжи, которая, почему то, решила что у них самые крутые Фаберже в Горвинте, наехав на меня, хвастаясь своими знатными родителями, здоровающимися за руку с самим Его Величеством в, неформальной обстановки.
Когда Тибор закончил учить их правилам приличия, а пытавшаяся схватить меня их личная охрана, валялась без сознания у моих ног, прискакал отряд королевских гвардейцев, приведённый одним из сбежавших дитятей, который сходу обвинил меня и Тибора, в оскорблении дворянской чести, и попыткой убить людей приближённых к Королю. Скомандовавшему схватить нас своим подчиненным лейтенанту, было предъявлено колечко с красным камушком на левой руке, и было доходчиво разъяснено, что, по моему мнению, Её Высочества принцессы Алисы, была предпринята попытка моего похищения. А может быть в дальнейшем, это будет использовано, как предлог, для последующего совершения государственного переворота. Если эти отморозки в самое ближайшее время не окажутся в застенках тайной канцелярии графа Деберга, то вас лейтенант я, принцесса Алиса, буду считать соучастником этого коронного преступления, со всеми вытекающими из этого факта для вас последствиями.
Смертельно белый, от открывшихся перед ним "радужных" перспектив, лейтенант дал команду своим гвардейцам арестовать, таких же смертельно белых злоумышленников, которые только сейчас сообразили, какое классное приключение они себе нашли на свои пятые точки. Мольбы о пощаде и извинения, с моим верным вассалом, мы даже не стали слушать, а просто сели на лошадей и поехали дальше. Нечего нового. Рутина. Всё до боли знакомо. Как и в моём мире, эту золотую молодежь, скорее всего, отмажут, так как родственники не последние люди во дворце. А вот для Деберга, это будет королевский подарок. Он приобретает новые рычаги давления на представителей враждующих партий, да и парни, посидев в его гостинице на казённых харчах, и пообщавшись с дознавателями, получат хороший урок на всю оставшуюся им жизнь.
Лютина встретила меня в том же трактире, где я её и оставил по дороге в Горвинт, посчитав, что здесь ей будет намного лучше, чем со мной. Она встретила меня заметно располневшая, и страшно обиженная на свою хозяйку. Мне пришлось целый час просить у неё прощения, что не мог забрать её раньше, зато теперь у неё всё будет по другому. Чистое светлое помещение, отличное питание, и приятное общество: не жизнь, а просто рай. Но все уговоры были напрасны. Только после моей клятвы, что больше подобного никогда не повториться, я был прощен, и она, мотая головой, взяла из моих рук, так любимую ею морковку.
