Я автоматически посмотрел на часы. С момента моего с ней разговора прошел всего один час. С учетом того, что между Москвой и Тулой чуть больше двухсот километров, а шума двигателей летающей техники за окном не было слышно, то прилетела она, скорее всего на метле. А что? С неё станет, да и прикид у неё был подходящий. На неё была надета белая маечка с короткими рукавчиками, которая спереди была разукрашена пиктограммой с вписанным в неё черепом. Внизу она плавно переходила в коротенькую юбочку в чёрно красных тонах. На ногах высокие, почти до коленок, мягкие сапожки с ремешками и примерно семисантиметровым каблуком. По моему мнению, на таких, не только ходить, но и стоять невозможно. Завершающими штрихами образа были: черные чулки в крупную круглую сетку, черный кожаный ошейник, нарукавники в поперечную черно-красную полоску и обыкновенные перчатки без пальцев, в которых спецназовцы ходят на задание. Длинные черные густые волосы собранные в два хвоста, были украшенные красными прядями. Это чудо девушка оглядела меня, молча взяла за руку, посадила рядом с собой на кровать, обняв меня за плечо и с силой прижав к себе, сказала, только одно слово: — Рассказывай.
Услышав это, я заплакал. Не знаю, она сделала это по наитию, или покопалась в моей памяти, но так поступала в детстве моя мама, когда хотела меня успокоить и поддержать, видя, что её сыну очень, очень плохо.
Я подробно рассказывал Марии о событиях, произошедших со мной в Хатыни, и крупные слезы текли по моему лицу, но с каждой слезинкой, выкатившейся из моих глаз, отступала, мучившая меня боль. Она не спрашивала, не уточняла, а просто молча слушала моё повествование, не перебивая, и за это, я был ей бесконечно благодарен. После окончания рассказа, когда у меня высохли слёзы, и я окончательно успокоился, за окном уже светало. Резидент Наблюдателя встала с кровати и сухо сказала:
— Одевайся. Я не хочу светиться здесь с тобой в таком виде. Поедем в номер гостиницы, где мы первый раз с тобой беседовали. Там я приведу тебя и себя в порядок. Я, так поняла, что ты почти готов к принятию решения. Тебя нельзя заставить, но это не игра, и наш выбор относительно твоей кандидатуры, до того момента, когда локальное время этой кальки не совпадёт с датой изъятия тебя из мира Альфа-ноль, нельзя изменить. А это значит на тебя продолжиться давление Наблюдателя. Потом, у тебя появиться выбор: либо остаться здесь, либо вернуться в мир Альфа-ноль в момент изъятия, плюс бесконечно малый отрезок времени. Но, на данный временной промежуток, нам обязательно нужен Садовник, и поэтому тебе теперь никак не отвертеться. Брось капризничать, как маленький, ты же взрослый, умудрённый опытом мужик, который всё понимает, и начинай готовиться к решению по инициализации. В гостинице мы обсудим все нюансы.
Её монолог полностью подтвердил те выводы, к которым я до этого пришел. В этой ситуации у меня не было выбора. С меня не слезут, и мне всё равно придётся подчиниться, только при этом надо будет умудриться протолкнуть своё особое условие. Хотя сегодня и было воскресенье, я оделся так, как постоянно одевался для поездки на работу. Увидев это, Мария громко фыркнула, но от комментариев отказалась. Еще бы ей не фыркать: вместе, учитывая её прикид, мы смотрелись, как принцесса и нищий. Закрыв комнату на ключ, я подставил ей руку, за которую она взялась и мы, словно пара влюбленных, пошли к выходу. Идти под ручку с такой девушкой огромное наслаждение, и если бы не грядущие события, я был бы на седьмом небе от счастья. Для воскресения в общаге ещё было слишком рано. Здесь, в этот день недели, к этому часу некто с кровати не слазит, а некоторые даже с подружки на ночь, и поэтому до выхода из здания, мы добрались, никому не попавшись на глаза. Вахтёра, тёти Маши, на своём рабочем месте не оказалось, но входная дверь ей уже была освобождена от накладного амбарного замка, и мы вышли на улицу. Как в общежитие раньше попала моя гостья, для меня оставалось полной загадкой. Прислонённой к стенке метлы, как ожидалось, на которой прилетела Мария, я не обнаружил, зато на парковке стоял черный гелендваген G65, который при виде её радостно мигнул габаритами.
Водителем Мария была таким, словно училась вождению у самого бога, да наверно в этом случае, так и было в реале. Если бы она, от нечего делать, пристроилась подрабатывать пилотом в формуле один, то эти соревнования смело можно было закрывать, так как победитель всегда был известен заранее. В этот утренний воскресный час улицы города были девственно пусты, и преодолеть несчастные пять километров до цели нашей поездки, несмотря на повороты, было для неё делом пяти минут. Спустя этот отрезок времени, я уже входил в холл гостиницы. На ресепшене, как будто специально, седела та же язва, которая провожала меня в прошлый раз. Увидев посетителя гостиницы и узнав его, она уже открыла было рот, чтобы сказать мне очередную колкость, как следом за мной вошла моя спутница, что и заставило её резко прикусить себе язык.
