Начало Игры полностью

— Плюс очень низкий шум. Мы услышали их всего за полтора-два километра до приближения к нам.

— Значит, америкосы?

— Они самые. Только эти вертолеты не просто «Блэк Хоуки», а их стелс-версии, что означает одно: к нам пожаловали гости из командования специальных операций США, поскольку такие игрушки используют только они.

«Противник впервые столь явно вступил в игру, — подумал Егоров, — значит, теперь ход за ним»

Приход в себя нельзя было назвать приятным или чем-то хоть отдаленно напоминавшим то состояние, которое обычно называю нормальным. Еще до того как глаза смогли сфокусироваться на каком-либо предмете, а весь мир предстал в мутной пелене, Меткий почувствовал, что лежит без шлема. Раздался стон, точнее его подобие, ибо звук из его горла не поддавался классификации и тут же где-то сбоку знакомый голос произнес:

— Лежи спокойно. Здесь радиационный фон в норме, а склоны оврага защищают нас от ветра с радиоактивными частицами, так что тебе не повредит относительно свежий воздух.

«Сумрак?» — подумал Меткий.

Он моргнул пару раз глазами и окружающее пространство стало приобретать все более четкие очертания, пока, наконец, взор не отчистился от остатков помутнения. Присев рядом, на него смотрел Сумрак, во взгляде которого тревога теперь перешла в удовлетворение от того, что еще один сталкер из его отряда жив и на первый взгляд находится в порядке.

— Как голова? — осведомился командир, внимательно разглядывая лицо Меткого.

— Да вроде… ничего, — процедил тот в ответ и скривился в гримасе боли: — Бок… похоже задел.

— Сейчас выясним. Давай-ка, перевернись.

Спецкостюм пришлось снять, что при иных обстоятельствах у бывалых ходоков вызвало б долговременный шок, однако в данных условиях необходимость вынудила пойти на такой шаг.

— Мастиф, поди сюда, — позвал командир ветерана, который в отряде выполнял еще и функцию медика.

Оглядев правый бок Меткого, он поинтересовался у того, нет ли у него болей в области удара и не усиливается ли она во время вдоха или при перемене положения тела, на что получил отрицательный ответ.

— Видимо, перелома нет, зато ушиб сильный, вон какая гематома появилась, — констатировал ветеран. Повернув голову. Меткий увидел, как огромное фиолетовое пятно кровоподтека выпячивалось на боку, давая понять насколько сильным был удар при падении. Мастиф дал какую-то мазь, которую сталкер осторожно втирал, дабы не вызвать болевых ощущений. Осмотрев более внимательно всех вокруг, Меткий заметил, что говорили только они с Мастифом, но остальные не произносили ни слова, будто не хотели сорваться из-за последних событий. Знакомая для него ситуация; ведь если сейчас начнешь устраивать разборки, кто и в чем виноват, тем более виновного на самом деле и вовсе не было — Зона же, в ней всякое может случиться, — то проведение рейда будет поставлено под угрозу. Такой исход никому не был нужен: для большинства слишком много поставлено на карту и провалить такую ходку означало бы лишиться средств к существованию. Конкуренция не терпит слабаков, не готовых к быстро меняющимся правилам игры и если не найдешь способ их принять да побыстрей, то дальнейших вариантов немного. Первый, стать падальщиком, не способным себе заработать на кусок хлеба и побирающимся на базе. Правда, чаще всего таких деклассированных элементов в сталкерской среде главенствующая группировка просто выгоняла и тогда либо сдохнуть в Зоне, либо пойти по пути номер два — присоединиться к ренегатам или местным бандформированиям. В последние набирались именно такие отчаявшиеся бродяги, которые в поисках хабара и от неспособности добыть его самостоятельно становились особенно жестокими и безжалостными по отношению к своим бывшим братьям по сталкерскому ремеслу. Вот почему крупные рейды оказывали куда большее влияние на дальнейшую судьбу отдельно взятого человека, чем могло показаться на первый взгляд.

Незаметно сзади подошел Сумрак, улучив момент, когда все активно занимались проверкой оружия и снаряжения. Как бы начиная издалека, он произнес:

— Решили сделать вынужденный привал, привести себя в порядок. Стилет пока в отключке, остальным дал задание провести ревизию припасов да осмотреть свои стволы.

Меткий понял некоторую неловкость ситуации и спросил напрямую:

— Гуру?

— На посту, — явно ожидая вопроса, ответил командир группы. — Первым вызвался, видимо, чувствует непосредственную вину за гибель Кремня. — Сумрак поморщился.

— А ты сам как думаешь?

— Да какое это теперь имеет значение? — с досадой ответил Сумрак. — Кремень сам подписался на дело, значит, знал, на что шёл. Не заметить аномалию мог любой из нас, будь то я или ты. Да кто угодно. Я давно знаю Гуру и уверен, что имей он шанс все исправить, то костьми бы лёг, а ту чёртову аномалию заметил бы и провел мимо нее. Но второго шанса не будет. Никогда.

Он замолчал и посмотрел вниз, на небольшую лужицу, в которой увидел свое отражение. Увиденное ему не понравилось и Сумрак обернулся к Меткому: