– С тобой все в порядке? – Адам подошел ближе, выглядя обеспокоенным.
– Конечно, – я ослепила его той же фальшивой улыбкой, которую носила всю неделю, чтобы никто не мог увидеть затмившую меня пустоту.
– У тебя другой взгляд, более встревоженный, чем обычно.
– У меня все хорошо, – отрезала я. – Ты разве не уходишь?
– Да, – он колебался, выглядя неуверенным. Адам провел рукой по волосам.
– Мы можем поговорить о том вечере?
– Мне кажется, что это не очень хорошая идея. – Я знала, что в своем нынешнем состоянии могу сказать то, о чем пожалею. Я заметила печаль в его глазах, но он промолчал и, кивнув в знак понимания, ушел.
Я нашла нужные мне книги для исследования и села за стол, получая удовлетворения от той беспросветности, которую я ощущала. Я устала страдать по Адаму.
Через несколько часов, я встала, чтобы размяться и заметила книгу под столом. Это была книга стихов, которую я давала Адаму. По всей видимости, она упала. Не думаю, что он собирался оставить её там.
Я взяла книгу и провела пальцами по обложке. На мгновение к горлу подступил комок. Я так сильно скучала по Адаму.
Я открыла книгу и пролистала страницы, пока не наткнулась на стихотворение, которое Адам читал мне бесчисленное количество раз. Новый Адам оставил свои записи по всем страницам. Это разозлило меня, даже привело в бешенство. Как он посмел испортить книгу Адама! Ярость накапливалась, пока мои глаза не наткнулись на, сделанную им, запись. Он слово в слово писал тоже, что и мой Адам. Я прочитала остальную часть его пометок, и именно так он однажды выразил это. Я перелистывала страницы, чтобы найти еще заметки, все из которых выражали те же эмоции, которые я слышала от него раннее. Часть Адама все еще была там.
Я посмотрела на часы и поняла, что пробыла в библиотеке дольше, чем думала. Мне нужно было попасть на вечеринку Хэйли. Я написала Джереми, чтобы они заехали за мной, когда они будут выезжать. Они были уже в пути и через несколько минут приехали в библиотеку.
Я проскользнула на заднее сидение машины.
– Я думал, ты не собиралась идти на вечеринку? – спросил Джереми, пытаясь понять, что заставило изменить меня свое мнение. Я проигнорировала его и вытащила свой мобильный телефон, чтобы написать Адаму.
«Ты будешь сегодня на вечеринке?»
« Нет, а что? Ты поедешь туда?
« Да, я думала, что Шарлотта заставит тебя. Это грандиозная вечеринка для них»
«Я на семейном ужине, с которого не могу уйти»
Почему я не подумала написать ему, перед тем как решилась на то, чтобы Джереми заехал за мной? Теперь мне придётся туда ехать.
«Ты хотела, чтобы я приехал?»
«Это уже не важно. Ты в любом случае не сможешь приехать»
« Я бы приехал ради тебя»
« Ты сейчас ужинаешь?»
« Да и моя мама готова ударить меня за мои манеры»
« Тогда зачем ты мне ответил?»
« Потому что мне написала ты»
« Жаль, что я не знала, что ты не придешь»
« Жаль, что я не знал, что ты там будешь. Теперь я буду волноваться о том, что кто–то будет приставать к тебе этим вечером»
– Кому ты пишешь? – Хэйли попыталась повернуться, чтобы посмотреть.
– Адаму, – Джереми ответил за меня.
– Откуда ты знаешь? – спросил я, пытаясь защититься.
– У тебя всегда на лице появляется такая глупая улыбка, когда он пишет тебе. Ты по этой причине решила сегодня поехать? Ты хочешь увидеть Адама?
– Он не придет на вечеринку. – Иногда мне жутко не нравилось то, как хорошо Джереми знал меня.
– Почему ты продолжаешь делать это с собой?
– Что делать?
– Я думал, что ты решила двигаться дальше.
– Джереми, это Адам. Я не могу просто так сдаться.
Джереми припарковал машину, и мы вышли.
– Хорошо, но твой Адам не вернется. Тебе нужно решить, нравится ли тебе этот Адам таким, как сейчас, или перестать мучить себя. – Мне казалось, что Джереми ударил меня по лицу. – Я устал от всей этой драмы. Прошло четыре года, Анна. С меня хватит.
– Я помню о чем говорила всю прошлую неделю, но я прочитала то, что он написал в книге со стихотворениями, которую я дала ему. Там все было слово в слово, что когда–то говорил Адам…
Джереми перебил меня:
– Мне все равно. Он не вернется, Анна. Двигайся дальше или перестань подходить ко мне с этим вопросом.
Его слова пронзили меня до глубины души, и слезы навернулись на глаза. Я отошла от них прежде, чем он заметил бы их. Оказавшись внутри, я пробралась сквозь толпу, пока не нашла бар.
– Две рюмки водки. – Барменша наполнила рюмки, и, выпив, я вернула их. – Еще.
– Точно? – Она выглядела неуверенной, стоило ли ей продолжать наливать.
