С весны 1566 г. опричное правительство прекратило репрессии и попыталось путем широкого компромисса примириться с вождями удельной фронды и высшей титулованной знатью, более всех пострадавшей при учреждении опричнины1335. Впервые после довольно длительного перерыва царь возобновил назначения в Боярскую думу и пополнил ее представителями некоторых знатнейших фамилий1336. Не позднее апреля князь П.Д. Пронский получил чин боярина, а Н.В. Борисов-Бороздин – чин окольничего1337. Новые члены думы были близкими родственниками удельного князя В.А. Старицкого1338. Желая восстановить доверие двоюродного брата, царь вернул ему старинное подворье Старицких в Кремле и пожаловал в придачу смежное дворовое вместо князей Мстиславских1339. Одновременно Грозный решил примириться с удельным князем М.И. Воротынским и по ходатайству руководителей земщины вернул его из ссылки1340. В апреле 1566 г. Воротынский был выдан на поруки высшему духовенству, земской Боярской думе и земскому дворянству1341. Его главными поручителями явилась старомосковская знать, руководившая земской думой: бояре И.П. Федоров и В.Ю. Траханиотов, окольничие М.И. Колычев и Н.В. Борисов1342, а также некоторые удельные князья1343, княжата Ростово-Суздальские, Ярославские, Оболенские и прочие1344.
Со своей стороны князь М.И. Воротынский клятвенно обязался не отъезжать в Литву, равно как и в Старицкий удел, не поддерживать дружбу со старицкими боярами, не ссылаться с литовцами и т. д.1345 Воротынскому было возвращено родовое удельное княжество. В мае 1566 г. царь Иван велел передать литовскому правительству, что пожаловал Воротынского «по старому и вотчину его старую город Одоев и город Новосиль ему совсем отдал и больши старого»1346. В своем послании к Ходкевичу 1567 г. М.И. Воротынский утверждал, что владеет старой вотчиной и «х тому еще… которая наша отчизна пуста была, и той государьского величества милостью нагорожен есми и тем всем обладую»1347. Запустевшей «отчизной» удельного князя был город Новосиль. С помощью щедрых казенных субсидий Воротынский отстроил Новосиль и сделал его столицей удельного княжества1348. С этого времени он именовал себя в письмах «державцем Новосильским»1349. В Новосильско-Одоевском княжестве были возрождены старинные удельные порядки, «все старые обычаи и чины»1350. Удельному владыке служили бояре и воеводы. Его армия насчитывала несколько тысяч человек и включала дворян, их вооруженных слуг, стрельцов и казаков1351. После возвращения из ссылки М.И. Воротынский занял одно из первых мест в земской Боярской думе. Однако царь не вернул ему почетного титула «слуги», который тот носил до своей опалы.
Вскоре после освобождения Воротынского земская Боярская дума и митрополит добились от царя издания указа о «прощении» большинства лиц, подвергшихся преследованиям при учреждении опричнины. Этот указ затрагивал прежде всего опальных княжат и дворян, сосланных на поселение в Казанский край годом ранее. Согласно документальной записи Разрядного приказа, «в 74-м году государь пожаловал, ис Казани и з Свияжского опальных людей дворян взял; а приехал в Казань з государевым жалованьем Федор Семенов сын Черемисинов майя в 1 день»1352. Показание Разрядов полностью подтверждается данными писцовых книг Казанского и Свияжского уездов второй половины 60-х гг. Писцовые книги позволяют составить полные списки опальных, получивших амнистию в мае 1566 года (см. приложение).
В первую голову «прощение» получили все казанские ссыльные, принадлежавшие к нетитулованной старомосковской знати, и многие рядовые дворяне. Среди них были окольничий М.М. Лыков, А.И. и М.Ю. Шеины-Морозовы, И.М. Головин, Я.И. и Ф.Я. Даниловы, В.Н. Борисов, И.П. Квашнин и более 20 дворян.
По майскому указу амнистию получила большая часть высшей титулованной знати, находившейся на поселении в Казанском крае. Из ссылки вернулись 35 Ярославских князей (из 39), 14 Ростовских князей (из 20), 22 Стародубских князя (из 25) и т. д. О масштабах майской амнистии можно судить на основании хотя бы того факта, что из 188 известных нам казанских поселенцев свободу получили примерно 107 человек. В Казанском уезде из всех переселенцев к осени 1566 г. осталось только 42 человека1353.
Майская амнистия привела к радикальному изменению опричной земельной политики. Вернув из ссылки десятки княжеских и дворянских семей, правительство вынуждено было позаботиться об их земельном обеспечении. По-видимому, казна пыталась по возможности удержать в своих руках основной фонд богатейших княжеских вотчин, конфискованных по указу о казанской ссылке. По возвращении из ссылки многие княжата получили новые земли взамен старых родовых.
