Данька вскочил с постели. Широко распахнутыми глазами осмотрел все вокруг. Каюта, здоровенные шкафы, диван, письменный стол, резные кресла. За спиной не кровать, а кованый сундук. Посреди каюты стоял Свен. В гневе. Тело юнги немного болело от неудобного ложа. Он спал на сундуке.
— Долго собрался спать, юнга? — Сталь в голосе. Взгляд леденит сердце. Проклятие семи морей, извечное зло сейчас набросится на Лесли. То есть на него, Данечку. В образе капитана.
— Нет, дяденька капитан, — пышные ресницы двумя беспокойными крылами бились на лице Данечки. Пальцы рук вздрагивали. Крепись, Даня. Сон разума порождает кошмары. Твои не самые ужасные.
— Живо умывайся и марш на камбуз за завтраком, — гнев Свена стих. Он отошел к столу и сел. С некоторой долей любопытства наблюдал за юнгой.
Темные глаза. Ему бы розовый язычок высунуть. Как та болонка. Люди похожи на собак, или собаки на людей? — Подметил Даня.
Данька пытался сообразить, где на этом лайнере ванная комната. Где здесь умываются?
Капитан кивком головы указал в угол каюты, где стояла тумба. На ней таз и кувшин с водой. Данька подошел к этому приспособлению для умывания. Как с этим справиться? Капитан встал рядом, взял кувшин, что бы полить на руки юнге. Данька умылся. Свен протянул ему полотенце. Не махровое, как он привык, но из приятной ткани.
— Живей, юнга! — Вновь приказал капитан.
Быстро вытерев лицо и руки, Даня бросился на камбуз. Он так спешил, не заметил, что попало под ноги. Запнулся, и чуть было не упал. Матросы, видевшие это, смеялись. Данька шел дальше и ворчал:
— Ну, и пусть. Что теперь. Запнулся. Разбрасывают, черт знает что под ноги. Капитан оголодал. На камбуз, живо. — Только сейчас он сообразил: сон продолжается. Нога у него не болит. Такое только в кино увидишь. Значит, сны тоже бывают с продолжением, как сериалы. И это всего лишь сон, и не стоит кукситься по пустякам. Он забрал на камбузе корзинку с завтраком и поспешил к своему капитану. После завтрака капитан объявил:
— Займемся делом, юнга. Будешь учиться фехтовать. Владеть шпагой следует в совершенстве. Это единственный друг пирата.
Капитан протянул шпагу. Данька взял ее. Она показалась ему тяжелой. Он зажал рукоять в руке. Смотрел на шпагу и не знал, что с ней делать дальше. Капитан встал рядом, держа в руке шпагу.
— Вот так, Дэн. Смотри. Сначала надо размять кисть. — В руке Свена шпага выглядит легкой. Клинок рисует круг, затем какие-то фигуры. Играет с тонкой веточкой.
Капитан вращал кистью руки, и клинок вращался следом. Данька пытался повторить эти движения, но оружие болталось в руке, стремилась выскользнуть. Дровосек рядом с мастером шпаги.
— Вот так, Дэн. Еще. Разминай кисть. — Терпеливо показывал капитан. Поправил положение пальцев Даньки на рукояти. Изменил положение руки.
— Не напрягай плечо. Расслабь тело. Оно само должно почувствовать свою силу. — Капитан снова показывал, как должен стоять боец.
У Даньки, так ему казалось, что-то стало получаться. Сердце радостно билось в груди.
— Теперь смотри, как держать ноги. Вот так ставь корпус, — Свен показывал своему ученику каждое движение.
Данька старался изо всех сил. Давались упражнения с трудом. А капитан перешел к новому приему. Теперь Свен стоял со шпагой в руке перед юнгой.
— Пробуем удар, — шпага капитана легко звякнула по клинку Дэна. Из рук Даньки шпага выпорхнула с позорным звоном. На глаза парня набежали слезы отчаяния и стыда. Минуту назад ему казалось, что он справится с этими упражнениями. И вот!
"Бестолковый. Недотепа. Удохлик! Руки-крюки. Пахорукий" — яростным криком билось в голове мальчишки. — "Тебя надо выбросить на корм рыбам".
Руки его опустились. Он тихо произнес, отзываясь на свои мысли:
— Даже они меня есть не будут. — Стоял напротив Свена с поникшей головой.
— Кто? — Не понял капитан.
— Рыбы.
— Почему? — Улыбался Свен.
— Побрезгуют, — Данька насупился, словно обижался, что рыбы не захотят его съесть.
Кажется, капитан понял и громко засмеялся.
— Придется тренироваться, Дэн. Иначе нечем будет кормить акул. Подними шпагу и за дело. Никому не давай увидеть свою слабость. И, прежде всего самому себе. Минуты слабости бывают у всех.
— И у вас, капитан? — Дэн был удивлен. Капитан пиратов и слабость? Это чушь собачья.
Свен покачал головой и криво усмехнулся:
— Еще какие! Я самый слабый и трусливый в этих водах, — лицо капитана изображало раскаяние. Печальная истина.
— Врешь, — надулся Даня. А потом рассмеялся. — Вы самый храбрый на всех морях, потому так и говорите. Угадал?
— Не знаю, — капитан хитро подмигнул, — Ты только никому не говори. Парни смеяться будут.
В глазах Даньки заиграл веселый смех. Он поднял шпагу, принял стойку:
— Защищайтесь, капитан! — Он, Данька, не раз бился с самим Великим Злом, будучи скромным героем Лесли. Выступить против веселого капитана — дело пустяковое. И они сходились в поединке раз за разом. Шпага выскальзывала из рук Даньки, он поднимал ее и вновь бросался в бой. Счастливый момент — юнге удалось не выронить шпагу.
