" А ребята здесь отличные, — думал Дэн, — и в последний путь проводят с миром".
Парень, который показывал ему, как работать, протянул руку.
— Я Сол.
Данька пожал эту сильную руку.
— Я Сайрус.
Матросы жали ему руку, называли свои имена и расходились. Все разбрелись, а Дэн вприпрыжку поспешил в каюту капитана. Данька был счастлив. Его признали своим.
В каюте его ждал Свен. Тренировки продолжались. Теперь, появились новые дела, он занимался обычной матросской работой. Надо было учиться лазить на мачту. На самый верх. Бегать по реям, ставить паруса. А сколько новых названий! Корзина наверху- воронье гнездо. Верхняя часть мачты — стеньга. Брам стеньга, марсель стеньга. Боковой парус — лисель, промежуточный парус — стаксель. Голова идет кругом. А высота? У Даньки она вызывала страх, до дрожи в коленях, до слабости в руках. Лезешь вверх, а под ногами бездна. Корабль качается на волнах, и мачта вместе с ним. Сорвешься — и упадешь в воду или на палубу. Ты не акробат в цирке, ты — матрос. Страховочного каната не положено. На уроке физкультуры сорвешься с каната, упадешь на мат. Не страшно. Жизнь матроса не имеет цены. Ничего не стоит. Плакать о тебе некому. Одно неверное движение и жизнь прошла. Это твои проблемы. Даньке хотелось прижаться к мачте, обхватить ее руками и ногами. Приникнуть к мачте словно медвежонок-ленивец. Висеть и не двигаться. Обхватить лапками ствол — не оторвешь. А матросы бегали по реям, не чувствуя страха. Дэн переступал ногами по тонкой рее, цеплялся руками за все, что попадалось. Подбежал Брайан:
— Ты Дэн вниз не смотри. Не так страшно будет. Привыкай. Это наша работа. Смотри вдаль, на море, на снасти смотри. И пусть матчу качает, а ветер пытается скинуть вниз. Это не беда.
Легко говорить. Одолеть собственный страх трудно. Я боюсь бояться. — Признался себе Даня.
Вниз матросы спускались, скользя по канату. Брайан показал Дэну, как это делается:
— Ногами захвати канат. Штанины ноги спасут. Руками почти не держишься. Только равновесие сохраняешь. Иначе ладони обдерешь.
Парни летели по канату со свистом и гиканьем. Дэну хотелось также. Он обхватил ногами канат, вцепился в него руками. Оттолкнулся, повис в воздухе. Чуть-чуть разжал руки, ноги. Заскользил вниз. Притормаживал ногами, но порой и руками. Добрался до палубы. Следом слетел Брайан.
— Руки покажи, — потребовал рыжий черт.
Даня показал ладони. Ободрал в кровь. Они горели. От боли и досады хотелось плакать. Ни кто не должен видеть твоей слабости. Лишь детская обида на лице. Брайан сделал вид, что не заметил отсвет боли в глазах мальчишки. "Этот выдержит, — решил он. — Молодец".
— В первый раз такое не редкость. — Плотник кивнул головой. — Идем в кубрик. Мазь дам. Полегчает.
Они пошли в матросский кубрик. Брайан открыл сундучок. Со дна достал глиняный горшочек:
— Мажь, — велел он, протянул целебную мазь.
В горшочке была темная пахучая смесь. Дэн смазал мазью ладони. Боль немного стихла.
— Потом еще придешь, помажешь. — Сказал Джереми.
Дэн пошел к капитану. Не за жалостью и сочувствием. Капитану он не покажет свою слабость. Кому угодно, только не ему. Оказаться слабым и беспомощным в глазах этого человека он не мог. Свен ждал в каюте.
— Бери шпагу, — приказал сходу он. Поднялся из за стола, направился к ученику.
Дэн взял рукоять шпаги и почувствовал боль в ладони. Шпагу он держал так неловко, что это бросалось в глаза.
— Руки покажи, — велел Свен. Не сложно догадаться, мальчишка поранил руки. Кожа на ладонях любого матроса жесткая, огрубевшая. Со временем и у Дэна она станет такой, защитит руки. А душа? Кесарю кесарево, богу богово. Капитан не священник, не небесный лоцман. Не ему заботиться о душах.
Данька спрятал левую руку за спину, правой держал шпагу.
— Руки покажи, — рявкнул Свен.
Дэн нехотя вытащил левую руку из-за спины и протянул ладонь капитану.
Тот покачал головой:
— Ладно. Мастерство не сразу приходит. Со временем получится. Отложим сегодняшнюю тренировку.
— Да, капитан. — Данька чувствовал себя виноватым. Сорвал тренировку.
— Положи на место шпагу, — велел капитан. — Пара дней ничего не изменит. Наверстаем упущенное.
Капитан не сердится, не считает его лентяем. А ладони, да ну их, заживут. Данька выполнил указанье, убрал шпагу, присел на стул. Свен смотрел на юнгу, спросил:
— Очень больно, Дэн?
Данька отрицательно помотал головой.
— Это пройдет, Дэн. Матросы не плачут, даже когда очень больно. Запомни, матросы не плачут.
На мгновение капитан повернулся спиной к юнге. Встрянул головой, снова повернулся к Дэну и весело повторил:
— Матрасы не плачут, юнга.
И Данька эти слова запомнит. Он учился не плакать. Он получил урок от капитана Свена.
