Но заговорщики ожидали скорого мятежа, и от условий Яжелбицкого мира наотрез отказались. Переговоры шли две недели. Послы великого князя пытались побудить к действиям своих сторонников. Но и противники подпаивали горожан, возбуждали речами, как Василий II покушается на их «вольности». Начались уличные столкновения, в ход шли колья, камни, уносили покалеченных и убитых. На вече взяли верх смутьяны. Постановили послать в Москву архиепископа Иону и предъявить ультиматум: если Темный желает, чтобы Новгород удержался под его властью, пусть возвратит Шемякины «древние права». Не берет дань, не вмешивается во внешние и внутренние дела. Архиепископ отказался от неблагодарной миссии, и Новгород разорвал отношения с государем.
А тем временем в Москве продолжалось следствие, и всплыла серьезнейшая улика. Эмигранты вздумали согласовать свой договор о разделе Руси со ссыльным Василием Ярославичем. Отправили копию в Углич, но слуги великого князя уже были настороже, и документ перехватили. Перед Василием II открылась полная картина предательства. Он был потрясен. Заговорщики запросто кромсали страну на куски, жертвовали Православием!
Нет, такое преступление Темный прощать не желал. Считал себя не вправе прощать столь страшную вину. Наоборот, решил показательно покарать злоумышленников, чтобы ни у кого даже мысли не возникало следовать их примеру. В феврале грянули казни. Крамольников били кнутом, отрубали руки и ноги, волокли по льду, привязав с лошадям, а потом обезглавливали. Священникам не велено было исповедовать и причащать их, ведь они предавали Отечество и веру. Князя Василия Ярославича перевели из Углича подальше, в Вологду, ужесточили режим заключения…
Но переловили не всех. У изменников имелись сообщники и во дворце. Сразу после расправы великий князь свалился больным. Судя по всему, его отравили. Василий II не догадывался об этом. Вместе с придворными лекарями он поставил себе диагноз «сухотная болезнь», а для лечения применил одно из средств тогдашней медицины, прижигание спины горящим трутом. Вышло еще хуже, ожоги загноились. Очевидно, и яд делал свое дело. Вскоре государь почувствовал: ему не выздороветь.
Он многое успел в своей жизни. Спас Православную Церковь. Спас страну, вытащил ее из хаоса. Но какая же нелегкая судьба выпала слепому созидателю будущей России! Даже в последние дни ему не дано было тишины и покоя. В душных покоях, провонявших гноем и лекарствами, у постели умирающего закрутились дрязги. Государь хотел постричься в монахи. Но митрополит Феодосий считал практику предсмертного пострижения неправильной. Принципиальным он был до крайности, не побоялся противоречить великому князю и отказал в его просьбе. Митрополита поддержали жена и дети, уговаривали Василия, что он еще может поправиться, и отрекаться от мира нельзя.
А Мария Ярославна в полной мере прошла выучку Софьи Витовтовны, стала такой же властной и деловой, сколотила весьма солидные владения, купила у ярославских князей даже целый город, Романов. Сейчас Марию озаботило собственное будущее и будущее детей. Наследник был давно известен, сын Иван уже 13 лет числился соправителем отца. Но к нему мать относилась прохладно, ей как раз не нравилось, что первенец вышел из под ее влияния. Мария опекала четверых младших братьев. Насела на мужа, терзала внушениями, опасениями. А Темный был не из тех, кто умеет идти наперекор жене.
Жили-то душа в душу, столько испытали вместе! В числе советников Мария оказывалась далеко не последней. А теперь, измученный страданиями, Василий и подавно не мог спорить, обессиленно соглашался во всем. Включил в завещание беспрецедентный пункт: повелел детям слушаться матери не только в семейных, но и в государственных делах. Чтобы сыновья не ссорились, мать официально назначалась посредницей в их конфликтах. Вдобавок к имеющимся волостям, Василий II дал супруге город Ростов. Она настаивала, что надо получше обеспечить младших детей. Но государь и сам не намеревался ущемлять их. Этого на Руси просто не поняли бы, как можно оставлять детей без наследства? Вроде, ничем не провинились. А если обделишь, беды не оберешься – вдруг перессорятся? Казалось правильным удовлетворить всех.
Старшему, Ивану, Темный завещал около половины русских городов, а вторую половину поделил. 21-летний Юрий получил Дмитров, Можайск, Серпухов, Хотунь, он был и любимцем покойной Софьи Витовтовны, бабушка оставила ему изрядное наследство. 15-летнему Андрею Большому отец дал Углич, Бежецк и Звенигород, 12-летнему Борису – Волок Ламский, Ржев и Рузу, 9-летнему Андрею Меньшему – Вологду и окрестности Кубенского озера. Хотя при этом Василий II подрывал собственные труды по сплачиванию страны! Крупных уделов на Руси сохранилось раз-два и обчелся, а на пороге смерти Темный воссоздавал их. Но он еще не задумывался о проблеме в целом. Отбирал уделы у врагов, намеревался отобрать у разорившейся мелкоты, а жаловал-то родным детям. Полагал, что это большая разница…
