Дис стиснул штурвал своими когтистыми пальцами, на мускулистых руках вздулись жилы. «Паук» резко отвернул вправо, ловко увильнув от глыбы, которая, будь пилот менее искусен, прикончила бы всех на борту. Дис, однако, знал пустошь как перья на своих пальцах, хотя никогда раньше здесь не летал. Все талортаи обладали врожденным чувством направления и прямо костями улавливали вибрации космоса, но навигационный талант Диса был совсем на другом уровне. Благодаря своему дару он чувствовал местоположение каждого астероида в поле. Он не нуждался ни в картах, ни в навидроиде. Все это заменяла Сила.
Сзади открылась дверь кабины, и из тесных коридоров планетолета дохнуло застоявшимся воздухом. Дис не стал оборачиваться, чтобы посмотреть, кто вошел. В этом не было нужды. Он услышал скрип подошв сапог по палубе, почувствовал дуновение воздуха, рассекаемого плащом. Перья встопорщились, реагируя на появление того, кому он поклялся служить до конца жизни.
Маркион Ро.
Глаз Нигилов.
Удивился ли Дис, когда Ро обратился к нему с этим делом? Еще как. Он даже не представлял, что Глаз вообще знает его имя, а тем более на что он способен в кресле пилота. Последние несколько лет Дис провел на корабле тучи одного кросина с пилообразной пастью, которого прозвали Шрамоколом. Этот бандюган больше издевался над своими подчиненными, чем занимался планированием операций. Что сказывалось. Дис убил Шрамокола после неудачного налета на погребальную луну Серенно. В тот день они потеряли троих нигилов, но больше всех не повезло Шрамоколу, которого Дис полоснул крылоножом по костлявой шее. Дис точно не знал, это ли убийство тучи побудило Глаза обратить на него внимание. Знал лишь, что он вдруг поднялся выше всех туч, молний и так далее, войдя в ближний круг Ро. Его возвышение не осталось незамеченным. Среди нигилов царила строгая иерархия. Начинаешь как простая молния и продвигаешься наверх, становясь тучей, а в конечном итоге и грозой. Орда нигилов делилась на три бури, каждой из которой командовал Хозяин Бури. Ими были: Пэн Эйта, здоровенный довутин, который метил еще выше; холодная и целеустремленная тви’лека Лорна Ди и новичок – расчетливый талпини по имени Зитар. Можно было смело сказать, что с назначением талпини сплюснутый нос Пэна едва наизнанку не вывернуло. Неожиданное назначение Диса взбесило его еще больше. Они с Пэном тогда чуть не поцапались: довутин заявил, что Ро подрывает нигильское Правило трех. В отличие от Хозяев Бурь, Глазу не полагалось иметь собственную команду. Да, у него было право голоса при составлении планов, и да, он предоставлял навигационные Тропы, позволявшие нигилам избегать столкновений с силами Республики (по крайней мере, в большинстве случаев). Дис подозревал, что, если бы не Тропы, Пэн давным-давно выкинул бы Ро через шлюз, но навигационные данные были слишком ценны. Они обеспечивали нигилам преимущество, и поэтому опасения Пэна остались без внимания. Диса пригласили на флагман Ро, «Электровзор» – корабль, который в основном управлялся экипажем молчаливых дроидов, а его многочисленные отсеки стояли пустыми, как во дворце, где никто не живет. И вот там, в святая святых Ро, Дис узнал, что они приватно направляются на Райстен – ясное дело, лететь на «Взоре» не представлялось возможным. Флагман редко покидал базу нигилов на Грайзеле, а если и покидал, то от него лишь отделялись меньшие корабли, так что основная часть оставалась на прежнем месте. Но даже фрагмент «Взора» был слишком громоздким, чтобы пересечь ледяное поле в целости и сохранности. Тут требовалось нечто поменьше. А именно – «Шквальный паук».
– Когда пройдем пустошь? – спросил Ро, положив затянутую в перчатку ладонь на спинку кресла Диса.
– Еще пару минут, мой… – Дис развернул кресло и посмотрел на вождя. – Я даже не знаю, как к вам обращаться. «Мой Глаз?» «Сэр?»
Тонкие губы Ро изогнулись в ответ на явное неудовольствие, прозвучавшее в голосе Диса. В темных глазах отражался красный свет, который лился через иллюминатор.
– Можешь звать меня… Маркионом.
Дис горделиво выпятил грудь. Он никогда не жаловал субординацию, отчего, наверное, и сидел так долго в молниях; а еще потому, что за последние десять лет он большую часть времени провел в ридаговом ступоре. А теперь, гляди-ка, самого Ро сподобился звать по имени. Никто не звал Глаза Маркионом, даже Пэн.
– Я все-таки думаю, что по Тропе было бы проще, – сказал Дис, наконец выведя корабль из ледяного поля для гравитационного маневра около тусклой звезды Райстена.
Ро подошел к пустующему сиденью стрелка и взял свою маску, которая лежала на пульте с того момента, как они покинули Великий зал.
– Но тогда я не увидел бы воочию работу мастера, – ответил Глаз, протирая рукавом заиндевевший визор. – Твой талант в самом деле впечатляет, как и следовало ожидать при твоем происхождении – особенно теперь, когда ты избавился от… дурной привычки.
