Прибыл он уже через полчаса. Сам с помощником на легковушке, а за ним – ЗИС с бойцами. Я передавал машины, а бойцы, которые стали их водителями, возможно, только перегонными, осваивали технику. После этого они укатили. ЗИС во главе ехал, Рогов – в кабине, чтобы не отобрали ценное приобретение. А оставшийся со мной капитан, то бишь интендант третьего ранга, велел садиться в машину: мол, пора делом заняться. Честно сказать, была опаска, что кинут. Оплату получили, выкинут из машины и посоветуют забыть. Или вообще грохнут.
Но нет, всё честно. Сначала съездили в военкомат, где завершили все призывные процедуры. Моё звание в личное дело внесли, номер удостоверения записали, паспорт я сдал, а больше ничего и не требовалось. Власов только уточнил номер комсомольского билета, его не внесли в личное дело. Я пояснил, что билет уничтожил мой начальник на минском заводе: поругались, тот и порвал его. Власов посоветовал восстановить. После доехали до казарм на Воробьёвых горах, пришлось час ждать, пока началась процедура присяги. Понаблюдал, как другие дают, тоже зачитал и расписался. На этом всё.
Мы направились к зданию интендантской службы, где капитан передал меня Рогову. Тот, похоже, лично решил вести со мной дела, не передавая другим. Уточнив насчёт формы и узнав, что она готова, сегодня же в ней начну привыкать ходить, он сообщил:
– Я договорился, отправляешься не завтра, а сегодня. Там ПНШ-пять помощь требуется, рук не хватает, поможешь. Потом решим, куда тебя отправить. Предпочтения есть?
– Стрелковые, танковые и авиационные войска, любые.
– Учтём.
– У меня вопрос по оружию.
– Получишь, когда прибудешь в свою часть.
– Я не о том, товарищ интендант первого ранга. Оружие у меня есть. Как внести его в удостоверение?
– Идём в кадровый отдел.
Он лично сопроводил меня к нужному работнику, который взял удостоверение, уточнил номер пистолета, вписал и поставил штамп с подписью. Вот и всё. После этого, взяв координаты полка ополченцев, я распрощался с Роговым, договорившись встретиться с ним через две недели, после моей практики.
Покинув здание, я отправился домой. Время было обеденное, так что поел готовой ухи, надел форму, полюбовавшись на себя в зеркале на дверце шкафа в спальне. На новенькой форме блестели награды. Поправил фуражку, кобуру передвинул набок, носить её над правой ягодицей мне не нравилось. На другом боку висела планшетка, в ней – блокнот, циркуль, карандаш и линейка. Тяжёлая кобура, в которой лежал почищенный и снаряжённый пистолет, слегка оттягивала ремень. Я проверил, удостоверение было в кармане, как и выданное мне Роговым командировочное с временным направлением в полк Московского ополчения, где я должен поступить под командование местного снабженца.
Полк формировался в городе, так что ночевать планировал дома. Я запер квартиру и, спустившись вниз по лестнице (дом у нас четырёхэтажный, квартира моя на третьем этаже, а лифта тут не было), столкнулся на выходе с управдомом.
– Доброго дня, Остап Андреевич.
– Ох, Максим, носишься, как сайгак. Ты почему в форме? Призвали?
– Да, сегодня форму надел.
– Вижу, что командир, а кем, не пойму.
– Интендант я.
– Значит, отбываешь? Квартиру опечатать?
– Нет, я пока на курсах по повышению квалификации, назначения в часть ещё не получил. Ночевать тут буду. Когда получу назначение, я сообщу.
– Хорошо. Да, тут тобой участковый интересовался, не застал дома, хотел вечером зайти, познакомиться.
– Я не знаю, когда вернусь, могу и ночью. Я теперь не властен над собой, есть старше званием командиры, они мной командуют.
– Это да.
Ещё немного пообщавшись, мы разошлись. Я прошёл в соседний двор, там, за кустарником, достал из Хранилища свой мотоцикл и, запустив двигатель, покатил к выезду со двора в сторону нужных казарм, располагавшихся на окраине.
Я с трудом разогнул спину, отрываясь от очередного наряда (рядом целая стопка лежала), и переспросил:
– Что, товарищ интендант третьего ранга?
Вошедший в кабинет ПНШ-5 повторил:
– Всё, закончилась твоя учёба. Полк наш отправляют на фронт.
– Обещали две недели, а прошло всего одиннадцать дней, – с удовольствием расправляя спину и потягиваясь, сказал я.
– Тебе хватило. Давай командировочное, подпишу.
Мне действительно хватило. Снабженец московского полка ополченцев так обрадовался моему появлению, пусть и временному, в качестве ученика, что просто сбросил на меня всю бюрократию, а сам ездил по складам и выбивал нужное, последнее он особенно любил. Я лишь пару-тройку раз прокатился с ним для ознакомления, а так с утра до вечера копался в бумажках. То боец винтовку повредит, да так, что приходится списать, то машина с моста навернётся, тоже под списание. Всё я. Но зато теперь я знал всю хозяйственную и снабженческую кухню изнутри, и новичком меня уже было сложно назвать. Основы получил, теперь практику нарабатывал. Местный снабженец был разговорчив и щедро делился своим личным опытом.
