– Проблем нет. Скорее изменение сроков. Машину у меня забрали: сказали, что не по чину. Но ты не волнуйся, за машину я своё получил. Договорённость у нас остаётся. Более того, держи.
Я взял протянутую красную книжицу командирского удостоверения, открыл его. Мельком изучив, вслух прочитал:
– Удостоверение выдано технику-интенданту первого ранга Гусарову Максиму Тихоновичу. Действительно с шестого августа тысяча девятьсот сорок первого года. Завтра? Первого ранга? Это же старший лейтенант, если по армейским званиям считать?
– Всё верно. Тебя уже призвали, сейчас внесут в архив и в списки личного состава. Завтра утром прибудешь на Воробьёвы горы, там казармы, будет приведение к присяге, пройдёшь его с другими призывниками, чтобы в журнале твои данные были, и с этой минуты ты действующий командир Красной Армии. Что касается звания, тут решал не я.
– Пройдёмте в зал?
– Нет, я спешу.
– Подобные дела просто так не делаются. Что я должен?
– Четыре автомобиля, желательно завтра утром. Вот список моделей. Цвет не важен.
Мельком я изучил список, там были «Хорьх-830», два автомобиля «Мерседес-Бенц-G4» и один «Мерседес-Бенц-777», лимузин. Такие машины у меня были, это неудивительно, учитывая, что я утащил у немцев порядка пяти сотен легковушек. Некоторые машины у меня были не в одном экземпляре, разных типов. Поэтому, изучив список, я посмотрел на Рогова и сказал:
– Хм, думаю, машины будут. Мне нужен номер вашего телефона. Утром поставлю машины на одной из улиц, позвоню вам, вы приедете и заберёте их. Устроит такая схема?
– Более чем, сам хотел её предложить. Я приеду с помощником. Он завтра тебя везде повозит, чтобы в очереди не ждать. Ты паспорт сдавал в военкомат?
– Нет.
– Нужно сдать. Потом присяга, а на следующий день отправишься на стажировку к ополченцам, я договорюсь. Формой сам озаботься. Могу дать адрес ателье, где её подгонят по размеру или сошьют из хороших материалов.
– Хорошо.
Получив адрес и номер телефона, я, щёлкнув замком, закрыл за Роговым дверь, после чего вернулся в зал и задумался, изучая удостоверение. Недооценил я местных интендантов, вон как загорелись. Такую аферу с присвоением звания провели: ведь, не имея никакого образования, я не мог его получить. Но всё решают большие начальники, и они решили. Стоило мне это четырёх машин. Стыдно было за это? Нет, даже тени сомнения не было. Как интендант я позабочусь, чтобы бойцы той части, где я буду проходить службу, ни в чём не нуждались. Именно для этого мне всё и нужно. Проблем со снабжением точно не будет. Если склады пусты, буду использовать запасы из Хранилища, так что им останется только воевать, остальное – на мне. Кстати, фотографии в удостоверении не было, какое широкое поле деятельности для шпионов и диверсантов. Ладно, займёмся формой.
Рано утром меня поднял будильник, оставшийся от прежней хозяйки квартиры. Быстро позавтракав и собравшись, я на велосипеде (он не шумит мотором), ещё затемно покатил в соседний район. Приметил телефонную будку, проверил ее: аппарат работает, гудок есть. Пока не было свидетелей, достал из Хранилища машины, все четыре, и припарковал у тротуара. Две из них имели серую армейскую раскраску, ещё одна была чёрным лимузином, а последняя – белая. Это был «хорьх».
Звонить было ещё рано, так что я, устроившись на мягких сиденьях в салоне лимузина, стал пришивать петлицы к командирской форме. По три кубаря я уже привинтил, как и эмблемы. Они не интендантскими назывались, а «военно-хозяйственный и административный состав всех родов войск». У меня были большие запасы фурнитуры всех родов войск, так что посещать военторг не потребовалось. Фуражку выбрал обычную, с пехотным околышем, синие бриджи, шерстяной комсоставский френч. Отличные сапоги и шёлковое бельё, это уже трофейные. Ремень командирский, портупею, кобуру с ТТ; если оружие не выдадут, его ещё вносить в удостоверение нужно. В общем, всё имеется. Шинель командирская – тоже. Нужно только петлицы пришить, хорошо ещё, нарукавные шевроны не нужны, это у стрелков.
Вот так я закончил с гимнастёркой, подворотничок не забыл, в фуражку звёздочку вставил, ровно стоит. Потом за шинель принялся. Всё закончил, когда рассвело, и убрал форму. Я в гражданской одежде был, форму надену уже после присяги. На улице стали появляться люди, они подходили, останавливались и изучали машины, милиционер неподалёку прогуливался, заложив руки за спину, тоже любопытствует. Я вышел из машины, подошёл к телефонной будке, отстоял очередь из трёх человек и позвонил Рогову. Тот сразу взял трубку. Я назвал ему улицу, номер дома, и он сообщил, что выезжает.
