— Я к сожалению не знал, какую яичницу ты предпочитаешь. Я не перемешивал белок с желтком, надеюсь тебе понравится.
Ральф понял, что выглядит как идиот, стоя в трусах с вытянутым ножом и вернулся в гостиную. Быстро одевшись и прикрепив на пояс ножны, он вернулся к Винсенту, уже раскладывающему завтрак по тарелкам.
— Мне не стоит спрашивать, что ты тут делаешь? — прислонившись к стене, спросил Ральф.
— Почему же не стоит? — изобразил искреннее удивление гость. — Можешь спросить, правда не думаю, что ответ удовлетворит твое любопытство.
— А можно попросить, предупреждать о визитах? — вздохнул Ральф.
— Конечно можно, — кивнул ему Винсент, садясь за стол и беря вилку с ножом.
— Но предупреждать ты не будешь? — Ральф сел рядом, ища глазами приборы.
— Нет конечно, — покосился он на него. — В моей тетрадке для планов на ближайшее будущее, не стоят отметки о визите к тебе в гости. Я предпочитаю это делать случайно. Могу лишь обещать, что скромно подожду за дверью, если ты будешь с дамой или справлять нужду.
— Какое великодушие, — хмыкнул Ральф, откапывая под грудой полотенец вилку и принимаясь за яичницу. — Ты работаешь на организацию?
— Какое интересное предположение, — взмахнул в его сторону ножом Винсент. — Я легко могу дать положительный ответ, но как ты проверишь, правда ли это? Трое твоих напарников и Джордж не знают обо мне.
— Но ты знаешь, что меня посещал тот очкарик, — в ответ тыкнул в него вилкой Ральф. — Ты либо следишь за мной, либо знаешь обо всем, что происходит внутри Эпсилона.
— У тебя начинает работать голова, Ральф Хемвик, — изобразил театральный поклон Винсент. — Это меня несомненно радует. Оставлю пока что твои вопросы насчет Эпсилона в подвешенном состоянии. Я тебе не враг и это главное.
Оба замолчали и застучали вилками по тарелкам, поглощая яичницу. Жалюзи были слегка приоткрыты, пропуская лучи солнца на кухню. Настенные часы, с изображением парусника преодолевающего морскую волну, показывали девять часов утра. Сегодня, Ральф спал несколько дольше, чем обычно.
Закончив с едой, Винсент поднялся и кинул тарелку в мойку. Сняв фартук, он повесил его на крючок стены. Под ним обнаружилась серая клетчатая жилетка, не совсем подходящая к погоде за окном. Лето в Мастаре было довольно жаркое и зачем его гость носил столько одежды, Ральфу было непонятно. Асперы конечно могли при желании не потеть даже в зимней одежде, но все равно, она привлекала лишнее внимание.
Достав белую пачку сигарет из нагрудного кармана, Винсент затянулся, предварительно открыв форточку в окне. Сев на подоконник, он наблюдал за тем, как Ральф доедает свою порцию. Когда он вслед за гостем убрал тарелки в мойку, Винсент спросил:
— Как обстоят дела с памятью?
— Слишком медленно возвращается, — недовольно заметил Ральф. — Сегодня я опять плавал в той реке, пока ты меня не разбудил. Нельзя как то ускорить процесс?
— Река? — задумчиво произнес он. — Нет, не думаю, что можно это ускорить. Пусть все идет своим ходом.
— Ты упорно не желаешь отвечать на мои вопросы, — возмутился Ральф. — Какой смысл в твоих визитах?
— Мы в ответе за тех, кого … воскресили, — улыбнулся он. — Просто проверяю твое самочувствие. Как видишь, сегодня я беспокоюсь о том, как ты питаешься. Даже приготовил завтрак. Не стоит забывать о мелочах.
— Во все это слабо верится. Не думаю, что это настоящая причина.
Винсент на это только развел руки и комично пожал плечами. Докурив сигарету, он потушил ее под краном и выкинул в мусорное ведро. Ральф думал, что после этого он направится к выходу, но Винсент сел на стул и выжидательно уставился на него.
— Я должен что-то тебе сказать? — неуверенно спросил Ральф.
— А у тебя закончились вопросы? Если я не отвечаю на некоторые, не означает, что их надо переставать задавать.
Ральф отошел к окну и задумался. Каждое утро у него было состояние, вареного овоща. В голову совсем ничего не лезло. Он уже понял, что задавать Винсенту вопросы о прошлом, не имеет смысла. Так же он не делился информацией о своей личности. Немного подумав, Ральф спросил:
— Учить меня изменению узора ты не будешь?
— Я то не против, но тебе ведь уже сказали, что научить такому нельзя. Придется барахтаться самому.
— Учитывая опыт прошлых заданий в Эпсилоне, есть шанс, что я не доживу до того момента, как стану представлять собой вменяемую боевую единицу.
— На самом деле ты быстро привыкнешь, — отмахнулся от него Винсент. — Не бойся экспериментировать в бою и все. Мне почему-то кажется, что сны, в будущем дадут тебе некие навыки в обращении с узором.
— Что ты обо мне знаешь? — требовательно заявил Ральф, всматриваясь в криво улыбающееся лицо гостя. — Мы встречались до того, как я потерял память?
— И снова ты скатываешься в вопросы о своем прошлом, — разочарованно произнес Винсент. — Если бы мы даже и встречались, я бы тебе об этом не сказал. Память должна возвращаться без помощи снаружи, иначе возникнет искажение.
— Если ты знаешь о том, что я был Аспером с самого детства, то в курсе ли Эпсилон? — спросил Ральф, расхаживая взад-вперед по кухне.