— Конечно же нет, врать о свободе я не стану, статус людей останется прежним. Наш Властелин хотя и щедр, но не на столько. И люди, и оборотни, и кентавры, мы все находимся под его крылом, всех нас он любит и сражается ради нас, все мы находимся под его опекой, и наши судьбы волнуют его. Разумеется, есть те, кто выслужился перед своим Властелином, получив свободу для себя и своего рода, вот только даже тот, кто остался рабом, живёт лучше, чем вы сейчас. Король Ромар преподносит рабство так, словно на нас будут мешки таскать, или в рудники отправят на добычу, но по сути это просто иной статус, ничем не отличающийся от вашей жизни нынешней.
— Но мы свободны! — воскликнул кто-то из толпы.
— Неужели? — спросила я, решив не уточнять, кто подал голос. — А разве не ваших женщин отправляли в Иссархан в качестве рабынь? Но дело не в этом, — подняла я руку, останавливая гул народа. — Дело не в том, как назваться, раб, свободный, да хоть кустом подзаборным, каждому в Иссархан обеспечена защита его Властелина. Вам это не понятно, странно и дико, но законы Иссархан, Священное писание, по которому мы живём, гарантирует определённые права любому. Да, у свободного гражданина их больше, но и заслужить свободу может любой. Свободным может стать каждый, и каждый может получить достойную работу. Это что касается ответа королю, сейчас я хочу озвучить вам предложение Властелина.
Я недолго рассказывала прелести жизни, что будут у людей, если они выберут нас, не приукрашивала, ни зазывала далёким тёплым берегом. Народ к нам не расположен, и желание заманить их почувствуют сразу. Просто изложила суть, поблагодарила за внимание и призвала народ не бояться и хорошо подумать над своей судьбой, которую они, пожалуй впервые за всю историю, могут решить самостоятельно.
— Вы поругались? — уже к концу дня спросил Исалан, с интересом наблюдая, как я копалась в товаре недавно прибывшего гнома, озарявшего весь берег Адана своей счастливой улыбкой.
— И Варлас, и Властелин… они… не могут без рабынь, — прошептала я тихо, теребя в руках деревянную фигурку волка. — Причём повелитель свою нужду осознаёт, а Кахнас нет.
— И в чём проблема?
— Исалан, представь, у тебя есть любимая женщина, она для тебя всё, воздух, солнце, море… а она спит с другим, не с Шарааном, — подняла я глаза. — Ты, конечно, будешь спорить, потому что нельзя сравнивать бывшую рабыню и благородного дракона, но сути дела это не меняет. У тебя есть деньги? — показала я ему фигурку.
— Можете взять, Астрид-Хан! — воскликнул гном. — Пусть это будет моими скромным подарком.
— Не будет у них никого, Астрид, — ответил Исалан. Поблагодарил гнома и отвёл меня от прилавка. — Им это непривычно, никому из нас, никогда не было такого, чтобы демон взял в жёны рабыню и облачил её властью, но и Властелин и повелитель любят тебя, а значит не возжелают другую.
— Спасибо, Исалан, — улыбнулась я. — Идём, поедим, — потянула я его к летнему кафе, так же организованному нами на берегу. А здесь даже музыканты откуда-то взялись.
— Боги, Астрид, как в тебя помещается столько еды? Кажется, даже брат есть меньше, а он тот ещё обжора!
— Не обзывайся, я откармливаю потомство Властелина, — сказала я, садясь за наспех сколоченный стол. Дракон сходил к повару попросил найти для нас нормальное мясо.
— Так ты собираешься обижаться на повелителя? — поинтересовался дракон, садясь напротив меня.
— А ты собираешься продолжать дразнить меня? — фыркнула я и отвернулась, смотря в разношёрстную толпу людей и нелюдей. Варласа среди них не было видно. — Не правильно это всё, моё назначение и то, что Властелин поручил рабыне такое важное дело. Это поссорит меня с Варласом…
Ужин нам принесли быстро, Исалан молча срубал свою порцию, а я, ковыряя свою, смотрел на горожан. Они опасливо, но всё же ходили между лотков с товаром, держась группами, и угощались приготовленными для них вкусностями, заинтересованно смотря на благожелательных жителей Иссархан.
— Лекари работают? — спросила я.
— Да, всё отлично, Астрид-Хан, — ответил Исалан и поднял глаза поверх моей головы.
Я обернулась и увидела Варласа. Он возвышался надо мной, как грозовое облако, хмурый, строгий, с властным взглядом.
Дракон тут же встал, поклонился и удалился от греха подальше. Я тоже поднялась, не совсем понимая, что должна делать. Не падать на колени же в самом деле. Когда мы будем одни — возможно, но не на людях.
Демон протянул руку и резким движением приказал подойти, но дожидаться моего повиновения не стал, сделал два больших шага и я в стальных объятиях. Напряжёнными руками Варлас сжимает меня сперва за плечи, после прижимает к своему твёрдому телу, а руки его поднимаются вверх, зарываются в мои волосы, собирают их в хвост и оттягивают назад. А я смотрю в зелёные глаза, вижу его жажду, понимаю, что в его власти.
— Попроси Кахнаса отдать в твои руки эту компанию, — попросила я тихо. — Мои приказы не нравятся ни тебе, ни мне самой.
Варлас сощурил глаза, а губы его стали ещё твёрже.
