— Домашнее животное — это ведь приручённое существо, правильно? — переспросили Мутильда и Утильда. — Как наша печь-рыба?
— Угу, — согласился Мишка, — как печь-рыба. Если у домашнего животного нет хозяина, то оно делается несчастным. Мало того, его хотят съесть хищники.
— Вроде ужасной гробуши? — с содроганием подсказала Молотильда.
— Да, вроде гробуши, — кивнул Мишка. — Так вот, девушки, демоны безделья, к сожалению, ещё не уничтожены. А только в страхе разбежались по свету и под убогообразными личинами скрываются в самых тёмных углах от кары Следителя. И, словно хищники, жаждут наброситься на тех, у кого нет могущественного защитника.
— То есть на нас? — потрясённо догадались Утильда и Мутильда.
— Увы, всё так, — скорбно подтвердил Мишка. — Но вы же видели могущество Следителя: как благодаря его неземной помощи мы победили злобную гробушу. Поэтому вам нужно начать… — Мишка замолчал, раздумывая, о чём ещё соврать.
— О архиблагой Сукинберг, говорите же: что нужно делать? — взволнованно зашептали Утильда, Мутильда и Молотильда.
— Нет, подождите, — нахмурилась Плутелла, явно самая недоверчивая дикарка. — Сперва объясните: почему Следитель называется отрубленноголовым? У него всё-таки есть голова или нет?
"Похоже, сию обращаемую я малость недосвятил", — подумал Мишка и со скорбным видом шмыгнул носом.
— Вот к этому-то и идёт мой рассказ, девушки. Сие история предательства, восторжествовавшего из-за неверия…
— Предательства? — с ужасом вопросили все дикарки, кроме Плутеллы.
— Мишка, а можешь прямо сейчас показать силу? — похлопывая по висящей на плече котомке и хитро щурясь, спросил один из сидетелей к богательне — Джон Смитанин, наследный кузнец Шан-Трапэ.
Несмотря на молодость, Мишка уже слыл мастером сгибания гвоздей и подъёма камней.
— Что там у тебя, Джон? — Мишка лениво повёл плечами, на самом же деле ощущая радостную внутреннюю дрожь.
— Да вот, посмотри… — захихикал кузнец, вытаскивая из котомки здоровенную подкову, предназначенную явно для копыт тяжеловоза.
— Ух ты, неплохое изделие… — одобрительно закрутили головами ближайшие сидеятели. — Трудновато будет справиться…
— Ладно, давайте попробуем… — кивнул Мишка и взял подкову за ветви. Потом поставил округлой частью на левое колено и сделал вид, что не может разогнуть. — Ба, да это у тебя не сталь, Джон, а прямо-таки крепконит… То есть самое прочное вещество.
Смитанин лестеприимно заулыбался:
— Ничего, боец, у тебя всё равно хватит мощи одолеть противника…
Получив отцовское благословение и произнеся попрощайку, Мишка отозвал кузнеца в сторонку:
— Точно хочешь, чтобы я сломал подкову?
— Точно хочу… — опять захихикал Смитанин.
— Обещаешь никому не рассказывать, что сейчас покажу?
Кузнец кивнул, непонимающе улыбаясь.
— Тогда, может, сходим ненадолго на соседнюю улицу? — предложил Мишка.
Кузнец посмотрел на сидетелей к богательне — его черёд должен был наступить ещё нескоро.
— Ладно, пойдём…
— Джон, а у тебя только одна подкова? — спросил Мишка, когда богательня и посидеятели скрылись за поворотом.
— Нет, две. — Кузнец похлопал по котомке.
— Давай сюда обе.
Мишка вытащил из сумки с тренировочными принадлежностями полотенце, обернул им ветви сложенных подков и поставил их на колено левой ноги.
— Точно никому не расскажешь, Джон?
— Да о чём рассказывать-то? — хохотнул кузнец — он явно принимал Мишкины действия за розыгрыш.
— Вот о чём: — Мишка нажал руками на подковные ветви и развёл их в стороны. А потом под напором Мишкиных рук обе подковы вообще разломились. — На, Джон, убедись. — Мишка отдал разломанные подковы кузнецу.
— Ну и ну… — Удивление Смитанина начало переходить в восторг.
— Убедился? — Мишка отобрал обломки подков и положил себе в сумку. — Я их выброшу в ручей: следов не должно остаться. Можешь считать, Джон, что тебе всё привиделось.
— Мишка, — восхищённо зашептал кузнец, — не сомневайся, я и слова не промолвлю…
тель, — заунывным тоном опять принялся повествовать Мишка, — во время праведной битвы увидел могучего мужа, который одного за другим сокрушал демонов безделья, посылая в них быстрелами из вращи сгустки боевого волшебства. Когда битва закончилась, Следитель познакомился со сторонником и предложил ему дружбу. Нового друга звали Пулемёртвом…
— Какой кошмар… — ахнула Молотильда.
— В чём дело, трусиха? — беспечно рассмеялась Плутелла: потому что не слышала прежних Мишкиных рассказок.
— Пулемёртв стал главным помощником Следителя в борьбе с демонами. И много раз сообщал ему, где эти враги готовят очередную засаду…
— А люди тогда уже уверовали во Следителя? — перебили Мишку Кнутелла и Пышнотелла.
— Да, конечно, — благодарно кивнул Мишка: вопрос оказался хорошим подсказом. — В те времена многие племена людей — Дубинцы, Губинцы, Кидайцы, Пытайцы, Ляхтичи, Приблаты — уже узнали в Следителе истинного убога и истово ему поклонялись. Наиболее же преданным племенем были Голонизаторы, которыми правил фараон Тоттенхэм-он…
— Голонизаторы? — с подозрением переспросила Плутелла. — Получается, их звали почти как нас?
