Великолепные здания Москвы, новые стадионы Ленинграда и Баку, Дворцы культуры на Урале и в Сибири, новые санатории Кисловодска и Сочи, новые села Таджикистана и Белоруссии — все рассчитано, на мир. Подвиги новаторов в цехах, высокие урожаи, новые скорости поездов, полки новых книг, достижения искусства — все это не что иное, как вера в мир. Проложена новая, кольцевая линия метрополитена в Москве, ожила от века сухая Самгорская степь в Грузии, открыт университет в Туркмении, пропеты новые песни народными поэтами Киргизии, побиты мировые рекорды советскими конькобежцами на горном ледяном стадионе Казахстана — во всем этом воплотилось устремление советского народа к коммунизму, к миру.
Люди самых дальних стран видят, с каким героизмом, с какой мощью, с каким победным торжеством идет советский народ, руководимый великой партией, по дороге мирного труда к коммунистическому будущему. И, вдохновленные его примером, выступают против войны, преграждают ей путь.
На земном шаре есть точка, где с особенной силой проявились следы войны, и именно там с необычайной выразительностью они перечеркнуты сейчас штрихами созидаемого мирного будущего. Эта точка — Сталинград на Волге.
Когда на московском самолете приближаешься к Сталинграду и когда он еще не виден, волнение от предстоящей встречи с этим городом уже захватывает сердце — внизу проходит излучина Дона. И вслед за нею, за пустошами прибрежного песка, открываются подступы к городу — зеленовато-бурые, волнистые поля. И видно с высоты, как земля истерзана. Остатки противотанковых рвов, извилистые черточки окопов, кое-где еще не запаханные воронки от разрывов. Рубцы войны. И вдруг эту иссеченную шрамами землю пересекает прямая, ровная голубая черта. Она гасит след боев. Это свежее русло Волго-Донского канала.
Еще недавно центр Сталинграда по сравнению с прежде поднявшимися заводскими районами выглядел разрушенным. Но теперь и он отстроился. Вон сквозь ряды новых многоэтажных домов идет новая улица. Как она называется? Улицей Мира.
Братская могила героев на крутом берегу Волги у северной окраины города, за Тракторным заводом. А рядом — створ Сталинградской плотины. Черты войны, которая прошла, и черты будущего, которое создается, — они рядом, и победа мира над тенью войны очевидна.
В Сталинграде поток Волги достигает наибольшей силы. И Сталинград стал местом постройки гигантской гидростанции.
Любили мы и раньше свою славную, родимую Волгу, но оставить ее такой, какая она была, не захотели.
Раскроила всю страну от лесов на севере до пустынь на юге, разбросала притоки направо и налево и текла в покое, текла, как сто и тысячу лет назад. А на берегах ее стали расти и расти заводы, пожирать электричество. Где же взять энергию? Угля здесь нет, а нефть не затем открыли, чтобы сжигать под котлами. Пусть уж Волга сама и родит энергию, пусть не зря бросает в Каспий тяжесть 250 кубических километров воды в год.
Бегут, бегут бывало по реке пароходы, но бегут с опаской: глубины волжских плесов сведены на нет перекатами, их больше трехсот. И землечерпалки никак не могут с ними справиться. Что толку в глубоком плесе, когда на перекате матрос достает шестом дно и кричит «под-табак». Снег недолго задерживается в сильно уже разреженных лесах, он тает быстро и уходит сразу широким весенним разливом. Летней Волге воды остается немного. Весенний разлив — это летняя мель. У реки велик «твердый сток» — вода несет много мути, много «взвешенных» частиц. Отлагая наносы, Волга часто меняет фарватер, как в Саратове: то далеко отпрянут волжские воды от набережной, то вновь к ней приблизятся. Так было — и так не могло оставаться. Волга обязана была стать глубоководной рекой.
Волга пересекает засушливую зону. По берегам реки на полях колосья ждут: вот-вот дохнет суховей, будто подует из раскаленной печи. А внизу, в берегах, плещется вода, и ни одна ее капля не увлажняет почву. Волга должна оросить сухое Заволжье.
Вот и встала с первых же лет советской власти грандиозная триединая задача реконструкции Волги. Великую русскую реку нужно было заставить разом делать три дела: вырабатывать электроэнергию, орошать засушливые поля и быть хорошей судоходной дорогой.
Чтобы этого достичь, надо было продуманно, согласованно, смело размахнуться на громадном пространстве — не только от Калинина до Астрахани, но, как увидим, и пошире. Никакой капиталистической стране такая задача не под силу. Но и мы, при всех тех общественных преимуществах, какими обладаем, такую задачу можем решать только по частям.
И иной раз сами не замечаем, как далеко уже продвинулись к цели.
На Волге и ее притоках Каме и Оке будет построена цепь гидростанций. Они дадут много энергии — почти половину того, что сейчас вырабатывают все электростанции страны.
