Чтобы спасти зябкие растения, ствол их на зиму окучивают. Иной раз приходится растение закутывать. Поле молодого лимона в холодное время — это ряды колпачков из белой марли. Иногда даже пускают в ход специальную грелку, подвешивают под крону дерева электронагреватель.
Но решающее средство борьбы за богатые субтропики — выведение новых сортов.
Создание советского субтропического хозяйства мы еще вчера понимали как перенос и культивирование чужеземных растений. А сейчас этого уже недостаточно. Пришло время выведения наших собственных форм субтропических растений.
У нас уже есть стелющаяся, более морозоустойчивая культура лимона. Зимостойкость китайских форм чая соединена с урожайностью и вкусом индийских. Чтобы спасти чай от ударов зимы, пробуют разводить его однолетней порослью. И многолетнее хинное дерево, уроженца Явы, начинают возделывать в Западной Грузии как однолетнюю травянистую культуру: ему не приходится иметь дело с зимой, которая здесь, конечно, несравнимо суровее, чем на тропической Яве.
Да, по площади советские субтропики не так уж велики. Они у самого края нашей карты. Мало у нас мест, защищенных горами от дыхания севера и не знающих морозной зимы. И поэтому, несмотря на все успехи, у нас еще мало субтропических плантаций. Но советский строй позволяет использовать богатства родной природы полно, продуманно. Ничто не мешает взять от природы все то, что она может дать. Не лежат на нашем пути ни частная собственность на землю, ни анархия производства, ни разобщенность крестьян, ни отсталость техники.
И если все это принять во внимание, окажется, что наши субтропики не так уж малы. Географический недостаток перекрывается преимуществами общественного строя Ни плодородие краснозема, ни сила южного солнца у нас зря не пропадут.
Что ни год, то все больше своих, отечественных лимонов и мандаринов привозят в Москву, в Архангельск, в Хабаровск.
Но народное потребление в нашей стране продолжает быстро расти — и субтропических плодов хватает в малой доле. Нужно больше фруктов и чая, заводам нужно больше сырья.
Необходимо двинуть плантации субтропических растений на север, из южных уголков за горами — на просторы страны.
Как ни трудно перевоспитывать и закалять растения — мичуринская наука может это делать. У нас покорен не только тот район субтропиков, который до революции считался единственным — теплая Аджария. Меняя растения, меняя агротехнику, мы расширили субтропики до Каспия, до Вахша. И мало того — вывели субтропические растения за пределы субтропиков.
Цитрусы сначала перекинулись с Черноморского побережья на Каспийское — к Астаре и Ленкорани. Потом, уже после войны, они появились в Средней Азии, где работниками Вахшской опытной станции и самаркандским селекционером Василием Паниным уже выведены и свои сорта лимона. Далее — были освоены на южном побережье Крыма.
В среднеазиатских оазисах для лимонов и апельсинов роют земляные траншеи глубиной в один-два метра. На дне траншей поселяют растения стелющейся или карликовой формы. Наступит зима — траншеи прикрывают щитами и соломенными матами. Под такой охраной растения не зябнут: их согревает тепло почвы. И все же в траншеях достаточно прохладно, чтобы с кустов в темноте не осыпались листья.
Лимоны созревают и в средней полосе страны, но не в открытом грунте, а в комнатных кадках. Жители Павлова на Оке выращивают в своих домах лимоны уже более ста лет. Они вывели особый сорт комнатного лимона, дающий до 50 плодов с куста. Саженцы этих домашних лимонов в последнее время стали распространяться по всем городам. Лимоны разводятся в оранжереях в Сибири. Врач Серебренников даже на Колыме вырастил из семечка лимонное дерево и снял с него плоды. Комнатные лимоны созревают и в Воркуте, за Полярным кругом. В темноте полярной ночи их подсвечивают электричеством.
В Грузии эвкалипты недавно были новой культурой. А сейчас они растут в Крыму, в Ленкорани, в Средней Азии. Их завезли в Калаи-Хумб на Пяндж, к подножью Памира, за горные перевалы, покрытые снегом.
Чай рос только в Чакве под Батуми. Потом из Аджарии он проник в Абхазию и Азербайджан. Потом зашел за Адлер и Сочи — на землю Российской Федерации. Оказалось, что краснозем или желтозем ему не обязателен, годится и подзол.
Вот чай уже перевалил Кавказский хребет, прижился в Адыгее, у подножья Бештау, на Кубани. Он выдерживает морозы в двадцать три градуса без снега, в тридцать четыре градуса под снегом.
Заложены опытные участки чая на юге дальневосточного Приморья, на Сахалине, в горном Бостандыкском районе на юге Казахстана, в долине около узбекского города Ангрен. Тут чай поднят на высоту в 1 300 метров над уровнем океана. На склонах Гиссарского хребта чай посажен еще выше — на уровне 1 500 метров.
Самый северный район промышленного чая в Советской стране и во всем мире — Закарпатье. Там чай разведен уже в послевоенное время. Он занял места, огражденные с севера горными хребтами.
