Безводье заставляет рыть колодцы, и их глубина показывает, как сильна потребность в воде: в Кара-Кумах встречаются колодцы глубиной почти в 250 метров. На Востоке есть поговорка: «минарет — это колодец, вывернутый наизнанку». В данном случае минарет был бы равен по высоте семидесятиэтажному дому.
Еще сохранившиеся старинные туркменские названия некоторых наиболее маловодных урочищ весьма красноречивы: «Мозги плавятся», «Козы подохли», «Чорт не пройдет»…
Воды лишена, конечно, не вся Средняя Азия. Там есть районы, вполне обеспеченные влагой. Но эти обеспеченные влагой районы встречаются лишь местами — они лежат вдоль рек и орошаются искусственно.
На политом сероземе тополь становится взрослым за какие-нибудь пять-шесть лет. Могут расти и давать высокие урожаи хлопчатник, рис, виноград, кенаф, южная конопля, абрикосы, дыни, грецкий орех, инжир, цитрусы. Край таит в себе изумительную силу плодородия, но проявить ее он может лишь при искусственном орошении.
С давних пор оседлая жизнь замыкалась здесь в редких оазисах, изрезанных оросительной сетью.
У рек Средней Азии — обильный источник питания. Этот край разделяется резко на две части: на северо-западе простираются огромные равнины, а на юго-востоке поднимаются высочайшие горы. Горные хребты Средней Азии относятся к числу самых больших на земном шаре.
Десять миллионов человек живет на равнинах Средней Азии благодаря тому, что на Памире и Тянь-Шане падает снег, идут дожди.
Горные поднятия Средней Азии конденсируют на себе ту влагу, которая приносится далекими ветрами с Атлантического океана и из других мест. Снег, выпадающий в горах, сконцентрирован в мощные ледники, которых много и на Памире и на Тянь-Шане. На Памире находится одно из самых грандиозных оледенений земного шара, не считая Арктики. Здесь располагается самый большой из вне арктических ледников мира — ледник Федченко.
И вот вода, которая образуется в горах от выпадения дождей и таяния снега и ледников, стекает в виде рек. Эти реки и дают жизнь равнинной части Средней Азии. Если бы в Средней Азии не было гор, не было бы и рек, не было бы и оазисов среди пустыни.
Путь долог, но верен: снегопад в горах, таяние глетчера, мутный поток, сеть каналов — и, наконец, струйка, питающая хлопковый стебель.
При этом надо сказать, что таяние снежников и ледников в горах Средней Азии и связанное с ним увеличение стока в реках происходит в самое удобное для земледелия время — летом. Именно летом уровень среднеазиатских рек наиболее высок.
Советская власть застала Среднюю Азию отсталой полуфеодальной, колониальной страной. Тысячелетиями способ полива оставался все тем же. Плотины не знали цемента — реки ломали их, унося миллионы часов тяжелого людского труда. Крупных плотин на реках вовсе не строили. Каналы, созданные ручным трудом с помощью кетменя, были невелики, воду на поля зачастую поднимали чигири, то есть деревянные колеса с глиняными кувшинами, вращаемые верблюдами.
Карта запечатлела оросительные системы, перешедшие от далекого прошлого: веерообразный рисунок, извилистые каналы.
Орошение давало дехканину жизнь, но оно же подчиняло его баю и мулле: водой распоряжались они, а не дехканин.
Огромные площади оставались неорошенными. Ленин в дореволюционное время писал: «непригодным в значительной своей части этот фонд является в настоящее время не столько в силу
Средняя Азия перед революцией поставляла хлопок на текстильные фабрики Центральной России, но эта хлопковая продукция Средней Азии была невелика. Текстильная промышленность России, как уже говорилось, половину хлопкового сырья приобретала за-границей.
За годы советской власти в Средней Азии произошли невиданные преобразования. На месте бывшей колонии царизма с бедным и бесправным населением выросли равноправные социалистические республики, входящие в Советский Союз.
Коренные изменения произошли и в деле орошения.
Дореволюционный закон отдавал земли, орошенные царскими властями в Голодной степи к югу от Ташкента, лишь «русским подданным всех христианских исповеданий», получившим удостоверение в том, что они имеют имущество «ценностью не менее как в одну тысячу рублей». Узбекам, рывшим каналы, платили по пятачку в день.
Советская власть провела земельно-водную реформу. Земля и вода у нас — общенародная собственность, Вода перестала быть средством эксплуатации. Она стала собственностью трудового народа, стала служить социализму.
Государство отпустило на ирригационное строительство крупные средства — и в виде денежных сумм и в виде машин, причем эти машины в большинстве были сконструированы специально для нужд Средней Азии. На полях Средней Азии сейчас работает свыше тридцати видов различных сельскохозяйственных машин.
