После войны техника в наших шахтах обновилась, шагнула вперед. Зарубка угля, отбойка, доставка, погрузка в вагоны механизированы, а это были тяжелые, трудоемкие работы. Во многих шахтах угольные, струги двадцатисантиметровой стружкой отрезают уголь от пласта, породопогрузочные машины помогают удалять породу при проходке новых штреков.
Особая машина сама прокладывает ходы-тоннели диаметром в три метра, электрические поезда подвозят шахтеров поближе к забою, вводятся металлические крепления, лампы дневного света разгоняют, мрак и вконец отнимают у шахты облик подземелья.
Появились первые гидрошахты, где уголь отбивают струи водометов — тонну в минуту.
Механизация угледобычи все более усиливается. Главный тон в шахтах начинает задавать советское изобретение — угольный комбайн. Еще недавно он работал только на мощных пологих пластах, а теперь созданы комбайны для пластов крутых и тонких.
Там, где еще не применяется комбайн, уголь отбивают от пласта механизмами — отбойным молотком или врубовой машиной, убирают же лопатой. А комбайн не только механизирует отбойку, но и устраняет труд навалоотбойщика, вручную грузящего отбитый уголь на лоток конвейера.
С гулом, в ярком свете прожектора, движется машина по лаве и сразу подрубает уголь, отбивает и сама же валит на конвейер. За три минуты комбайн добывает столько угля, сколько шахтер с обушком в дореволюционном Донбассе вырубал за целый день.
Угольный поток льется в вагонетки, те бегут за электровозом к подъемнику, подъемник выносит уголь наверх к бункерам, а бункеры ссыпают его в железнодорожные вагоны. И поезда увозят уголь с шахты, где на всем пути человек к нему не прикасался.
Когда в уборке отбитого угля и в креплении шахт будут обходиться без ручного труда, механизация станет комплексной, полной. А комплексная механизация позволит в дальнейшем перейти к автоматизации.
Наш советский Донбасс по облику трудно сопоставить с прежним, дореволюционным. Здесь ярко сказался весь взлет нашей техники, отразились все перемены в рабочем быту. Недаром Донбасс был родиной стахановского движения. Недаром именно в Донбассе придумали угольный комбайн.
Уже до Великой Отечественной войны это был один из самых мощных промышленных узлов всего мира. Индустриальная ткань здесь чрезвычайно плотна. Шахты — одна за другой. Конусы отвалов — как черные сопки. Тут же башни-домны с баллонами кауперов. Рядом — частоколы дымных труб над мартенами. Вереницами — цехи машиностроительных и химических заводов, механических мастерских. Соляные шахты, ртутные рудники, известняковые выработки, песчаные карьеры. Частые вкрапления жилых построек — то большие города, то мелкие рабочие поселки с белыми домиками и впервые появившейся зеленью. Людей, связанных только с угледобычей, в этих городах и поселках до войны жило больше миллиона.
Донбасс был переплетен сетями электропередач, пронизан нитями рельсов, по которым то и дело проносились составы с углем, металлом, машинами, нефтью. Лязг металла, скрип лебедок, свист пара, грохот поездов.
Гитлеровцы, отступая, залили шахты водой, взорвали и опрокинули домны, спалили дома. Они рассчитывали вывести Донбасс из строя на десятки лет.
Но советские люди быстро возродили Донбасс и притом вооружили его еще более совершенной техникой.
Восстановление разрушенного Донбасса было великой битвой, подвигом, мирным Сталинградом. Особой медалью награждала страна героев этой битвы. От победы в Донбассе зависело многое. Без него трудно было восстановить и двинуть дальше все наше народное хозяйство.
А возродить угольный Донбасс — это значило откачать из шахт 650 миллионов кубометров воды: все равно, что вычерпать озеро с зеркалом в 65 квадратных километров и в 10 метров глубиной.
Возродить Донбасс — означало восстановить более 2 500 километров заваленных горных выработок: все равно, что пройти и закрепить подземный ход от Белого моря до Черного.
Разгорелось мирное сражение за уголь. В руках не винтовка, а отбойный молоток. Человек управляет не танком, а сильным насосом. Он не гранату бросает, а кладет кирпич. Но это — сражение, самоотверженность, полное подчинение себя великой общей цели.
Быстрота возрождения Донбасса не имеет сравнений в истории техники. В Сталинской области, одной из двух украинских областей Донбасса, сохранилось лишь несколько шахт. В первые дни после освобождения — в сентябре 1943 года — они давали едва 0,6 процента довоенной добычи. Через три месяца угледобыча в Сталинской области достигла 10 процентов от довоенного уровня. Через полгода — 17 процентов. Через год — 25 процентов…
В год окончания войны угледобыча в Донбассе составляла уже половину довоенной. К концу 1949 года, раньше, чем намечалось планом послевоенной пятилетки, добыча угля достигла довоенного уровня. А в 1952 году, в дни XIX съезда Коммунистической партии, Донбасс давал уже на 24 процента больше угля, чем накануне войны. Он снова стал самым крупным угольным бассейном страны.
