- Последний раз я видела Макса, когда он приезжал ко мне. Он привез недостающие документы на вывоз дочери из страны, тогда я была уверена, что к Новому году мы с тобой будем вместе. Мы поговорили, и я сообщила, что подала на развод, с его стороны не было упреков и скандалов, все прошло очень тихо, он поиграл с Линой и уехал. Но до дома он так и не доехал. Я думаю, не стоит тебе говорить, каким было мое состояние на тот момент. Поэтому я решила для себя, что расскажу тебе все, когда приду в норму. Во время похорон мое состояние не улучшилось, наоборот, стало критическим, в результате всех переживаний я просто не смогла устоять на ногах и, поскользнувшись, сильно ударилась головой о соседний гранитный памятник. Результат - черепно-мозговая травма и недельное пребывание в коме в клинике Москвы. Когда я очнулась, то врачи обнаружили у меня потерю памяти, которую я восстанавливала по частям и картинкам и, если бы не твой клип по телевизору, я не знаю, вспомнила бы я тебя вообще. Когда память все же вернулась, мне добавили еще один диагноз - клиническая депрессия. Я решила для себя, что должна восстановить свою разбитую жизнь, именно поэтому я не хотела, чтоб меня нашли. После выписки я отметила Новый год с мамой и дочкой, а потом уехала в пансионат, где пыталась реабилитироваться, но эта поездка не принесла результатов. А после мама настояла на длительном отдыхе возле моря, надеясь, что это мне поможет вернуться к прежней жизни. Я выбрала Сент-Огастин, где провела в реабилитационных целях почти три месяца, там я познакомилась с Робертом и его друзьями, с которыми очень сдружилась. Узнав, что я проявляю интерес к твоей музыке, он сделал мне сюрприз и пригласил на твой концерт, а после нашей встречи я решила уехать домой.
- Значит, я все-таки не ошибся насчет Роберта, - Лера замолчала, тихо глотая слезы. Джон резко встал со стула и начал мерить шагами палату, но Лера видела, что он сделал подобный жест для того, чтоб скрыть свои мужские скупые слезы.
