- Я от них не отказываюсь. Но, помнится, ты заявила, что я - самый худший отец. Можешь найти более подходящую кандидатуру на эту роль, - он встал и подошёл к ней. Обхватив пальцами ее подбородок, он пристально всмотрелся ей в глаза, и с ненавистью и презрением в голосе он продолжил. - Но я все равно останусь их отцом, хочешь ты этого или нет. И ни один адвокат в мире не возьмется за это дело. Не забывай кто я и кто ты! Надеюсь, ты меня хорошо поняла! - он отошел от нее и, надевая замшевую куртку, направился к выходу. - Дорогая, надеюсь, ты меня извинишь, но мне нужно идти. Раз уж у тебя есть ключи, запри дверь, пожалуйста.
- Джон, но мы еще не закончили?!
- Хелен, не надо! Не пытайся восстановить то, что ты так легко разрушила. Между нами все кончено и давай поставим на этом жирную точку, - дверь за ним с грохотом захлопнулась. Девушка шмыгнула носом и, закрыв лицо руками, прошептала. - Как же мне его вернуть?
Хелен поднялась по лестнице и, войдя в комнату, обвела ее взглядом. На большой кровати лежала наспех скинутая одежда мужа. Взяв в руки рубашку, она поднесла ее к лицу и вдохнула его запах. На глазах выступили слезы. «Я все еще люблю его», - пронеслось у нее в голове. На прикроватной тумбочке стояла фотография, которой раньше здесь никогда не было. Со снимка на нее смотрела милая молоденькая девушка и нежно обнимающий ее Джон. Его лицо излучало неподдельную любовь и светилось счастьем, взгляд полный обожания. «Теперь понятно, почему он холоден». Она резко повернулась к двери и собиралась выйти, но в глаза бросился скомканный лист бумаги, валявшийся на полу. Подобрав, она развернула его. Угловатый почерк мужа она сразу узнала, но не смогла прочитать ни слова. Левая бровь девушки взметнулась вверх, и она подошла к телефону.
- Мари, привет, у меня к тебе есть дело. Я сейчас приеду.
Подъехав к дому, Хелен, застала подругу в саду.
- Мари, я, похоже, откопала кое-что на мужа.
- Здравствуй, дорогая, - ответила подруга, целуя ее в щеку. – И что же?
- Компромат.
- Что?
- Письмо, написанное Джоном некой юной особе, я так думаю. Вот оно. Только я ни черта не понимаю. Тут перевод нужен, - отдавая лист, девушка тяжело вздохнула.
- Похоже, это на русском.
- Ты мне поможешь?
- Если Джини сможет перевести, то поможем. Джини, спустись к нам!
- А Джини что, русский знает?
- Да, она им увлекается, - девочка лет четырнадцати стояла перед матерью.
- Здравствуйте.
- Здравствуй, Джини. Сможешь перевести этот текст? - спросила Хелен. Мари протянула дочери лист.
