— Не может быть! Ты врешь! — парень улыбнулся, глядя на друга, лицо которого оставалось непроницаемым. Это была правда. — Спенс, можешь в это поверить — Джеймса решили женить?! — завопил Дункан, как только Спенсер вернулся к ним с тремя напитками.
— На ком? — с меньшим энтузиазмом спросил парень.
— Марта Каннингем.
— Не худший вариант, — хмыкнул Спенсер. — Особенно учитывая тот факт, что вы знакомы ещё с детства.
— Ты с ней знаком просто не был. Лицо у неё ангельское, а вот сама из себя ничего не представляет, — кажется, от одного упоминания имени Марты Дункану стало не по себе. Впрочем самой Марте он тоже пришелся не по душе. — Как по мне, с ней Джеймс облысеет скорей, чем выведет какой-нибудь толк.
— Вас совершенно не смущает одна идея того, что наши родители заранее обо всем договорились? — Джеймс потушил сигарету, оставив окурок в пепельнице. Он перестал быть немым наблюдателем их перепалки. Какая к черту разница, каковой была Марта Каннингем и что это была вообще она. Наиболее его беспокоило то, как родители всё это устроили за его спиной. — Это ещё половина беды. Отец избавил меня денег. Теперь придется искать работу.
— Ты будешь сам оплачивать обучение? — удивленно спросил Дункан. Одна идея этого была невероятно абсурдной, покуда тяжело было найти хоть одного студента, который оплачивал бы свое обучение самостоятельно, насколько способным тот не был бы.
— Обучение и жилье он уже оплатил. Мне нужны будут деньги на карманные расходы.
Спенсер чуть было не подавился напитком. Успев сглотнуть, он раскашлялся, когда Дункан взорвался от смеха. Джеймс умел жить на широкую ногу и не иначе. Он даже никогда не считал деньги, разбрасывая их направо и налево. Одна мысль о том, чтобы парень смог заработать хоть половину того, что истрачивал, была смехотворной.
— От вас было бы куда больше пользы, если бы вы помогли мне в этом, — Джеймс толкнул Дункана в плечо, из-за чего кружка с пивом немного пошатнулась и некая его часть пролилась на стол, что и без того был полностью липким. Парни засмеялись ещё громче, хотя хорошего в положении его дел было мало.
После паба они по настоянию Джеймса отправились в закрытый бар, вход в который был ограниченным. Он поклялся друзьям, что воздержится от игры, что далось ему с трудом, поскольку парень настолько привык к губительному окружению Клеменсов, что провести вечер как-нибудь иначе не представлялось возможным.
Вместе они были нечастыми посетителями этого места. Никто и припомнить не мог, как они его для себя открыли. Спрятанное в подвале закусочной, без всякого условного знака, оно было невзрачным, но стоило кому-либо оказаться внутри, как для них открывался совершенно новый мир. Джеймс видел места и похуже, но для Оксфорда это было вполне прилично. Бар с большим ассортиментом выпивки, удобные диваны вместо привычных столиков со стульями, и в самом затемненном углу большой стол для игры в карты.
В воздухе висела серая табачная дымка, полная пьяной сладости. Играла тихая музыка французских мотивов. Людей было не так уж много, их число можно было посчитать на пальцах обеих рук.
Они прилично напились. Джеймс потратил третью часть денег, что у него были с собой, на дорогую выпивку, которой угостил друзей, поражая их своей щедростью. Они были необычайно громкими, но подобное буйство было привычным для этого места.
Спустя час Джеймс зажимал в углу девушку, имя которой забылось быстрее, чем его рука проникла под её узкую юбку. Её пальцы были зарыты в его волосы, и это немного отвлекало. Он пытался сосредоточиться на своем настойчивом желании отыметь её, когда она то и дело оттягивала его за волосы чуть назад. Парень чувствовал на напомаженных губах терпкий вкус некрепкого алкоголя, когда от него разило сигаретами, один запах которых опьянял незнакомку ещё больше. Джеймс стал покрывать поцелуями шею девушки, опуская голову чуть ниже, в надежде на то, что её ладони освободят его волосы, но она никак не прекращала с этим.
— Чёрт, прости, что отвлекаю, но Спенсу, кажется, паршиво, — Дункан резво потормошил друга за руку, отрывая от занятия, что в большей мере мучило его. Джеймс даже был рад отвлечься от девушки, ласки которой не пришлись ему по душе.
— Прости. Похоже, мне пора, — на прощание он крепко поцеловал девушку в губы, сорвав с них пьяный вздох. Она потрепала его за волосы, и Джеймс выдохнул с большим облегчением, как только отвернулся. Это того явно не стоило. Точно не в этот раз.
Их тут же обдало ночной прохладой, остужающей пыл. Оказавшись на улице, оба сразу же оказались подле Спенсера, у которого желудок выворачивался наизнанку. Казалось, его рвотные порывы были слышны всему кварталу. Дункан похлопал парня по плечу, Джеймс же рассматривал усеянное звездами небо. Ему вдруг показалась странной мысль о том, что оно повсюду было одинаковым. Те же облака, те же звезды, только разные люди и в разных местах наблюдали за ними. И не это ли их объединяло? Не это ли делало их равными?
