Наконец все стали расходиться. Самым последним ушел брат со своей женой, пожелав мне спокойного сна. Я заметалась, не зная, что делать. Идти с ними или все же остаться? Решила остаться, все же это последнее мое пристанище в этом мире. Думала посижу немного и начну осматриваться, как около меня раздался детский голосок:
- Вы меня видите?
Я обернулась на голос и увидела в трех шагах от себя ту самую девочку.
- Конечно. Ты потерялась? Как ты оказалась на кладбище?
Вопросы, конечно, звучали странно, учитывая наше положение. Но мое сознание еще не успело смириться с мыслью, что я умерла.
- Мне нужна помощь, - чуть слышно проговорила она, потянувшись ко мне.
Не стала ее отталкивать. Не думаю, что душа столь маленького человечка успела погрязнуть во грехе, значит произошло что-то из ряда вон выходящее.
- Какая?
- Займите мое место в моем мире. Вы сильная! Вы справитесь! А я слаба, не годная для той жизни!
Вот это новости! Мне предлагают занять тело маленькой девочки?! Я правильно все поняла?
- Но… как же...? И что ты будешь делать в этом мире? Не можешь же ты слоняться неприкаянной?!
- О, я нашла уже для себя новую семью! Просто мне хочется помочь и вам. Я же вижу, что вы были несчастны. Там, дома, без души медленно умирает мое тело. Но возвращаться я не хочу. Вы не подумайте, меня любят и очень сильно. Просто меня по ошибке направили в тот мир, а душа не желает с этим мириться. Рано или поздно мое тело все равно умрет, но у вас будет шанс прожить жизнь заново!
Я призадумалась. Предложение конечно заманчивое, но не будет ли ее принятие очередной моей ошибкой? Ай, ладно! Где наша не пропадала! Выдюжим, выживем.
- Что нужно делать?
Девочка улыбнулась и словно выдохнула.
- Просто закройте глаза и все!
Я скептически посмотрела на нее. Ну ладно, сделаю как она того просит, с меня не убудет. Едва прикрыла глаза, почувствовала сильный толчок, отправивший меня в кратковременный полет в бездну. Сильный удар и я будто вынырнула из толщи воды, с трудом наполняя легкие чистым воздухом.
Приходила в себя урывками. Голова неимоверно раскалывалась, что ее, наверное, проще было отсечь напрочь, не пытаясь даже привести в нормальное состояние. Тело абсолютно не желало слушаться моих команд, а во рту стояла самая натуральная засуха, да такая, что пустыня уже казалась благодатным раем.
Мой тихий стон незаметно для меня вырывается из груди. Он словно стал катализатором для действий, начавшихся около меня. Кто-то осторожно приподнимает мою голову от подушки и подставляет к губам чашку. В рот тонкой струйкой льется живительная влага. Чуть солоноватая и небольшой кислинкой. Прохладная и такая вкусная.
Несмотря на мои попытки открыть глаза, ничего не получается. Я могу лишь глотать. И слушать. Рук и ног не чувствую, хотя откуда-то приходит понимание, что они есть. Просто двигать ими почему-то не получается.
Продолжаю пить и не могу напиться. Вдруг понимаю, что вода закончилась и сейчас уберут от потрескавшихся губ стакан. Пытаюсь донести до окружающих, что не напилась, но кроме мычания ничего не выходит.
Меня укладывают на подушку, прикрыв тело простыней. Спустя, наверное, минуту до меня доходит осознание того, что в тело постепенно оживает и возвращается чувствительность. Ноги сковывает сильнейшей судорогой, заставляющей меня выгнуться в пояснице, а пальцы на руках неприятно покалывать.
Все бы ничего, но и головная боль усилилась в разы, пока чья-то теплая крупная ладонь не легла на мой лоб, будто забирая адскую боль. Нежные поглаживания по лицу, шее, волосам, чье-то дыхание совсем рядом заставляют отвлечься от боли и неприятных ощущений, от которых хочется выть в голос.
Тихое бормотание на незнакомом мне языке усыпляло сознание, даря умиротворение и покой, но неожиданный скрип заставил его встрепенуться и начать анализировать. Я лежала на чем то ровном и жестком, укрыта чуть ли не по самую макушку то ли ватным одеялом, то ли войлоком. Принюхавшись, поняла, что в помещении пахло не лекарствами, а травами и вареным мясом.
Сил открыть глаза не было, поэтому начала вслушиваться в тихий, но не менее яростный спор двух людей, что находились со мной в одном помещении.
- Мы не имеем права скрывать правду от его сиятельства! – донесся до меня приглушенный голос мужчины.
- А что ты предлагаешь, Дарк? Едва лекари увидят ауру, то сразу определят иномирность души, вселившийся в тело! – теперь послышался шепот старческого голоса, принадлежавшего женщине.
- Но…
Голос неизвестного мужчины звучал растерянно, словно он не знал, как быть и что делать.
- Никаких «но», Дарк! – строго произнесла старуха, зашипев змеей. - Мы ничего не скажем его светлости! Никто не узнает, что душа его дочери покинула тело, а на ее место пришла другая! Она должна жить! Ради Надэи и ради себя!
На минуту в помещении наступила оглушающая тишина. И тем неожиданней было услышать сломленный голос взрослого мужчины:
- Может ты и права, старая ведьма! Только вот граф захочет забрать дочь домой, как быть в этом случае?
