— Нужно навести справки о том чуваке? — сразу же оживился мой собеседник.
— Догадливый мальчик. Но, сам понимаешь, никто не должен об этом знать.
— Само собой!
— Мне надо знать о нем все: где работает, живет и так далее.
— Нет вопросов!
— Завтра в это же время я снова приду сюда.
— Так скоро? — почесал затылок Сергей. — За срочность придется заплатить дороже.
— Сколько?
— Много.
— Пятьсот у.е., - предложила я.
— Корешу, который нароет информацию, — пятьсот, а мне штука, — нагловато сказал он.
— Ну, у тебя и аппетит! Но праздник есть праздник. Я согласна, — ответила я и протянула ему клочок бумажки, на котором Алена когда-то записала номер и марку машины ее преследователя.
— Приятно с тобой работать, — махнул Сергей мне рукой на прощание.
— До завтра.
На следующий день я уже знала о маньяке многое. Оказалось, что он действительно занимает высокую должность, имеет жену и двоих детей. Но самое главное — я знала, где он живет.
Я ходила по дому взад-вперед, не находя себе места. То, что мне придется встретить Новый год в одиночестве, не очень меня смущало. На это я уже настроилась заранее. Мне некого было поздравлять с праздником, некому было дарить подарки. Никто не станет бросать на меня благодарные, восхищенные взгляды. К Наде я поехать пока что не могла. «Аленка, Аленка… Как жаль, что я опоздала. Но ничего, Аленочка, я еще встречусь с этой тварью», — пообещала я подруге, которая жила в моих мыслях. Из знакомых у меня оставались Тая и Лиза. С Таей встречать праздник мне совершенно не хотелось, да и неизвестно было, где она, как и с кем. А вот Лизу, доверчивую, наивную Лизу мне хотелось бы увидеть. Я подбросила дров в камин и подумала, что сейчас она, возможно, стоит где-то у дороги, подпрыгивая от обжигающего лицо мороза. И тут мне в голову пришла идея, как помочь Лизе. Взглянув на часы, висевшие на стене над камином, я подумала, что девять часов вечера не такое уж позднее время, и бросилась к мобильному.
— Максим Иванович, добрый вечер! С наступающим вас! — приветливо запела я в трубку. — Я не слишком поздно?
— A-а, Катя! — ответил мне пьяный голос. — Который час?
— Девять. У вас гости?
— Не-а, я — один. Один как перст и пьян в стельку — признаюсь честно, — пробормотал Крюк.
— Мне надо с вами поговорить.
— Что, прямо сейчас?
— Хотелось бы.
— А что случилось?! — Максим Иванович был явно не в духе. — Биз… бизнеса у нас общего нет. Ничего нет. Вообще никого и ничего нет.
— Может, мне перезвонить завтра? — спросила я, уже сомневаясь, что разговор у нас состоится.
— Не-а, никаких «завтра»! Сегодня — значит сегодня! Я требую разговора сегодня! Незамедлительно! — пытался командовать Крюк заплетающимся языком.
— Хорошо, хорошо, — согласилась я. — Я хочу поговорить о Лизе.
— О Лизе? Лиза… Ее — увы! — здесь нет.
— Я хочу ее найти. Где она?
— Хочешь знать, где она? — Максим Иванович явно был чем-то расстроен. Куда-то улетучилась его напускная вежливость, и он мне «тыкал», хотя до этого мы были на «вы». — Тогда приезжай ко мне! Незамедлительно!
Он отключил телефон.
— Козел! — выругала я его.
Я быстро впрыгнула в сапоги, набросила меховой полушубок и, дав указание Дику: «Будешь дома за хозяина!», вышла на улицу. В лицо ударил порыв морозного ветра. «Не зима, а черт знает что, — пробурчала я себе под нос. — Новый год на носу, снега нет, а мороз трещит».
— Леша, поедешь со мной, — кивнула я телохранителю, смотревшему телик в дежурке.
— А как же дом? Нам не положено оставлять его без присмотра, — подскочил Леха с диванчика и потянулся за курткой.
— Черт с ним, с этим домом! Оставь камеры наружного наблюдения включенными и поехали. Что здесь брать? Налички все равно нет, — ответила я и поспешила к «Хаммеру».
Максим Иванович полулежал в огромном кресле. На нем были байковая пижама в мелкую клетку и комнатные шлепки. Было забавно видеть его в такой одежде. К тому же Крюк действительно был пьян. Его губы отвисли, как вымя у тельной коровы, а на подбородке было жирное пятно от закуски, которая стояла повсюду: на столике, на кресле, на диване, и даже на полу. Вокруг Крюка валялось также несколько пустых пивных бутылок, а на столе стояла одна уже опустевшая бутылка коньяка «Шустов» и рядом недопитая — «Клинков».
— Извините, что не при параде, — развел Максим Иванович руками. — A, почему ты с охраной?
— Володя научил меня быть осторожной.
— Даже со мной? — Крюк расплылся в блаженной пьяной улыбке.
— Всегда и везде. Максим Иванович, — начала я, ища свободное от тарелок местечко на диване. — Я хочу найти Лизу. Помогите мне, прошу вас.
— Я тоже, представь себе, хочу ее найти.
— Где же она? — спросила я, уже теряя надежду чего-нибудь от него добиться.
— Не знаю, — Крюк опустил голову и отрицательно ею помотал.
— Вы можете рассказать мне все по порядку? — пытаясь направить его рассеянные мысли в нужное русло, спросила я,
— Лиза не проститутка. Она — моя потерянная любовь. Ты это понимаешь? — дохнул он перегаром прямо мне в лицо. — Ты когда-нибудь ошибалась? А?