— Леша, — спросила я, — а нельзя им жить как-то просто, по-человечески?
— Они и так все делают по-человечески! В зоопарке иначе: не послушается детеныш мамашу, та ему подзатыльник отвесит, и он — молчок. А людям покричать надо, показать, что умные. Это для тебя их вопросы простые, а для них — ребусы. В нашей семье сражения как на Курской дуге — до полной победы бабушки.
— Почему я никак не могу понять твоих взрослых?
— А ты не старайся, легче жить будет.
— Так ведь жалко их.
— И мне жалко, особенно папу. Да разве сладишь с кучей женщин?
— А почему ты не попросишь, чтобы не ссорились?
— Чудная ты! Дети взрослым не указ. Я это давно понял. Лучше молчать и заниматься своим делом.
Я вздохнула:
— Тебе даже хуже, чем мне. Каждый день от жалости страдать приходится.
— Не усложняй. Побесятся и помирятся, родные же.
— А разве после ссор они не станут меньше любить друг друга?
— Что ты все — «любить, любить»! У них и без любви забот хватает, — грубо закончил разговор Леша.
Я смутилась и умолкла.
ПОЧЕМУ В СЕМЬЯХ МАЛО РАДОСТИ?
Сегодня Леша позвал нас с Толей поиграть деревянным ружьем, которое папа сделал ему ко дню рождения. Когда мы вошли в спальню, прабабушка стучала о пол клюкой, и кричала на старшую дочь Люду:
— Перестилай постель, негодная!
— Мама, я уже три раза перестилала, — терпеливо объясняла дочь.
— Сколько скажу, столько и будешь работать... И про клизму опять забыла.
— Я вам сегодня два раза ставила. Вредно часто делать.
— Молчи... и живо готовь воду!
— Маманя, я не девочка, на пенсии десять лет, а вы все помыкаете мною. Не любите меня! — сердилась баба Люда.
— Я тебя родила, поэтому хочу — люблю, хочу — убью, — отвечала ей старуха.
Я с изумлением слушала эти речи. Значит, и моя мать могла бы меня бить, издеваться?
Слышу крик бабушки Люды:
— О, Господи, зачем мне эти мученья? Забери меня поскорее.
Теперь прабабушка схватилась за голову:
— Дура! Прекрати свару! Замолчи!
Тут прибежала баба Варя и давай бить сестру.
Мы прошмыгнули в зал и прикрыли за собой дверь, из-за которой неслось: «Помогите, убивают!»
Я в ужасе закрыла уши ладонями: «Ну, зачем, зачем они так?! Почему такие жестокие? За что бабка издевается над родной дочкой?»
С работы пришла мама Леши и, тихо проскользнув на кухню, сразу взялась за посуду. Она старательно мыла ее горячей водой, ополаскивала кипятком из чайника и расставляла сушить на горячие кирпичи. Ей осталось помыть миску, в которой лежала грязная мясорубка, но не хватило воды. За ней надо идти в колонку.
Пришлепала прабабушка Ира, взяла ещё не остывшую ложку, пополоскала её в грязной миске и села пить чай. Я удивленно посмотрела на старуху, потом повернулась к Леше. Он все видел. Когда мы вышли на улицу, Леша сказал:
— Думаешь, моя бабуля чокнутая? Просто она ненавидит мою маму и выказывает ей свое презрение.
— Но твоя мама хорошая, добрая, тихая. Чем она провинилась?
— Тем, что любимый внук женился на девушке, которая ей не понравилась.
— Твой отец любит маму?
— Любит.
— Почему тогда не защищает?
— Папа и свою родню тоже любит. Он «меж двух огней».
— Что же вы не уйдете?
— На квартиру? А знаешь, сколько денег надо платить? Да и бабушка не позволяет.
— Почему?
— А над кем ей тогда издеваться? У прабабушки для этого — баба Люда, а у бабы Вари — моя мама.
— Дурдом какой-то! — вспыхнула я.
— Зря ты так. Соседи тоже без передыху ругаются. Там бабка внуку кушать не дает. А у других пьют беспробудно и дерутся. Это еще хуже.
— А хорошие соседи есть у вас?
— Не знаю. В пятой квартире всегда тишина. Но бабушка говорит, что в тихом омуте черти водятся. Я как-то попросил бабу Варю не ругаться, а она ответила, что «пар выпускает», а то у нее злость скапливается и здоровье портит.
— А про здоровье других она не думает?
— Себя бережет. Говорит, для нас старается.
— Не надо было твоей маме в такую семью замуж идти.
— От нищеты глухая жестокая рознь в семье. Папа так говорит.
— Твоя же мама не скандалит? От характера человека все зависит.
— Не все! Не хочу про это думать!
— Тогда станешь как твой папа. Ты должен жалеть и защищать свою маму! Я бы защищала.
— Не получается, — вздохнул Леша.
Толян не вмешивался в разговор. Он машинально крутил в руках деревянный автомат.
А мне вспомнился огромный городской аквариум. Я с Ириной ходила в зоопарк. Меня тогда поразила спокойная совместная жизнь рыб разных пород. Камбала улеглась на хвост красноперой рыбе, а та даже не вздрогнула. Краб неторопливо перелез через рыбу-змею. Она тоже не заволновалась. И две рыбешки — пестрая и красная — рядом откусывали улиток со стены аквариума и не ссорились. Почему же люди в семьях ругаются?
ЛЮБОВЬ
