Пыхтя, она стащила с полки очередной фолиант, с отвращением уставилась на него и отчетливо произнесла про себя: «Как изгнать Соа?»
Ноль эмоций. Книга даже не пошевелилась. Это была уже двенадцатая попытка. Вита отказывалась верить в подобное невезение. После седьмой она подумала, что барахлит серьга-Искательница.
– Ну-ка, – сказала она для проверки, – сведения о Фаирате.
Тут же зашелестели страницы, и через минуту она смогла прочесть:
«
Серьга работала. Значит, загвоздка не в этом. В чем же?
Она положила перед собой тринадцатый том, сосредоточилась, как учил сэнсэй.
– Как изгнать Соа?
Нет ответа. И никакие каратистские штучки здесь не помогут.
Она выругалась и хмуро подперла руками лоб. Вот сволочи!
Утром после шабаша она была просто вне себя. Она стремительно расхаживала по одной из зал Хешширамана из одного угла в другой с сигаретой в руке и сыпала проклятиями, которые, будь она колдуньей, могли бы круто повернуть людские судьбы. Она была так зла, что забыла даже о своей внешности. Фаирата тихонько сидела в уголке и с испугом косилась на ее перекошенную физиономию.
– Мерзавцы! Так меня обмануть! Так провести! А эта Бэла, предательница – какова, а?
Нет, это было вовсе не в характере Виты. А если и было, то она всячески старалась это подавлять и выглядеть милой и женственной. Но после того, как ее против воли втравили в это дело, она впала в бешенство. Какой низкий обман! Она согласилась всего лишь помочь – да и то, если сможет. Но ее хитро втянули в торг, чтобы заговорить зубы. А потом эта свинья, верховный маг Дарьен Миленион развел руками, даже не скрывая торжествующей улыбки: извини, мол, перепутал, но теперь ничего не попишешь, договор заключен, и обеим сторонам остается только его выполнять. Вита готова была его удушить. Ну и сволочная братия эти колдуны! Взвалили все на ее хрупкие плечи и еще посмеиваются.
Фаирата боялась даже слово сказать поперек. Хоть она и была колдуньей, но Виту в таком состоянии наблюдала впервые и не знала, что делать. Звать Аррхха? Аррхх сам в прострации, а если и явится, то скорее ее, Фаирату, удавит: познакомившись как следует с Витой, Аррхх неизменно держал ее сторону. А радикальные меры типа испепеления не годились хотя бы потому, что Вита была ее подругой, не говоря уже о предстоящей задаче, которую некому больше было выполнить. И Фаирата ограничилась тем, что сочувствующе молчала да вовремя подносила новые сигареты.
К середине дня Вита выдохлась. Бушуй не бушуй, а дело сделано. Договор засвидетельствован, и никуда от этого не убежишь. Ладно, пусть подавятся. Завтра она посмотрит магические книги. Она сделает все, чтобы снова заключить Флифа. Тем более что у нее с ним личные счеты. Лёшка… Она некстати вспомнила о нем и всю вторую половину дня ревела, а к ночи напилась, заливая свою печаль и свой позор в Айфарете.
Наутро она проснулась с больной головой, посмотрела на себя в зеркало, и ее чуть не стошнило.
– Нет, – поморщилась она. – Никто, будь он даже колдуном, не смеет заставить меня так опуститься. И ничто, даже если это грядущий конец света, не воспрепятствует мне принять ванну.
Она приняла ванну, переоделась в чистое платье и отправилась в библиотеку. Теперь ее платье, волосы и внутренняя поверхность легких были покрыты пылью, и это, увы, являлось единственным результатом ее корпения над мудростью веков.
С охами и вздохами, временами останавливаясь и потирая поясницу, она перетащила на стол четырнадцатый огромный фолиант, окованный серебром. Раньше она восхищалась этими массивными окладами, замками, переплетами из золота и серебра. От них так и веяло стариной и мудростью. О, как же теперь она их ненавидела! Если так необходимо было обивать книги металлом, бродила в голове нехорошая мысль, могли бы использовать, черт возьми, алюминий. В те времена он был, пожалуй, дороже золота, так что это не нанесло бы морального ущерба, зато как бы облегчило ее, Витину, участь!
– Ну? – вперилась она в обложку безнадежным взором. – Как заставить Соа покинуть Флифа?
