Невидимое око пролетариата. Видимо невидимо невидимых ок пролетариата. Есть у людей такая дурная особенность повторять необычно звучащие словосочетание и даже глупости. За этим занятием Коля подъехал на всречу с Владимиром Владимировичем Владимировым, про себя Коля называл его ТриВ. Ну никакой фантазии, хоть бы Владимиром Владимировичем Путиным сделался. Хоть какая то идея проглядывалась бы. Лет 50ти, в дурацких старческих квадратной формы очках, проживал всю жизнь с мамой, не высокого роста, плотного телосложения, неряшлив не только в одежде и без шансов уже когда-нибудь жениться, с чересчур прямой осанкой, выпячивая пивной живот вперед, как бы, обманчиво намекал на дружелюбность – на самом деле дружелюбием тут и не пахло. Этот человек отчаянно походил на брата невесты из фильма Мальчишник в Лас-Вегасе, но Николай говорить ему об этом не решался. Погода выдалась чудесная, солнце, необычно для мая нещадно жарит, заставляя машины и людей прятаться в тени, машину не брал, место встречи прямо у метро. Как Коля познакомился с ТриВ, он уже и сам не помнил, помнил только, что у того был вопрос по договору аренды с КУГИ: можно ли получить его помещение в собственность. Ответ был отрицательный, денег за такую услугу брать не хотелось, а ТриВ и не предлагал, но зато предложил встретиться попить пивка в широко известном в узких кругах кафе «Швабский домик». Кафе-ресторан, расположенное на Новочеркасской площади, стилизовано под немецкую деревянную таверну, известное тем, что дольше других стоит без видимых изменений уже на протяжении долгих десятилетий.
Почему бы и нет, в жизни всё приходит через общение. ТриВ уже сидел за столиком в полумраке.
– Ты не представляешь, как я рад тебя видеть, – Сказав это, ТриВ смачно набрал соплей в рот и сплюнул куда-то вниз на стену.
– Должен сказать тебе правду, хоть ты юрист и плохой, но ты мне нравишься, я такой человек, что если что решил, то иду до конца, давай вместе сделаем что-нибудь. Купим какой-нибудь объект и продадим его в несколько раз дороже. Есть мысли, но я должен знать будешь ли ты со мной до конца?
– Не знаю, ты мне скажи, о чем конкретно речь идет? – Коля нашел-таки глазами официанта и заказал пива. Хмель окутал и собеседников и пространство, мысли потеряли логическую определенность, приобрели категоричную убежденность.
К моменту встречи ТриВ уже хорошо поднабрался.
– Ты знаешь, что такое Фонд Имущества Санкт-Петербурга?
– Лет пять назад участвовал пару раз безрезультатно. Там, почему то одни Владимировы однофамильцы участвуют. Как вампиры оккупировали маленькую страну Венгрию, так Владимировы заняли фонд имущества СПб. Шутка конечно, но действительность заключается в том, что на торгах постоянно видим однофамильцев Владимировых.
ТриВ пропустил про вампиров, – как специалист в этой сфере тебе говорю, сейчас можно сделать деньги. На Кронверском переулке продают дешево подвал 200 метров квадратных. Всего за 10 000 рублей за кв.м. представляешь? Место проходное, и 200 метров за 2 миллиона всего.
– У тебя уже куплено 13 объектов и ни один не сдан в аренду. Ты все не остановишься. Что там с высотой и окнами? – ехидно спросил юрист.
До того как запретили казино ТриВ играл по-страшному. Проигрывал все и сразу за несколько суток игры без остановки. С утра стоял в банк за деньгами, чтобы продолжить игру. И теперь творилось нечто похожее, только с недвижимостью.
– Высота небольшая, окон нет, – продолжал двойник актера из фильма Мальчишник – Дык была бы нормальная высота, это помещение в 100 раз дороже стоило. С высотой что-нибудь придумаем. Это ж золотой треугольник. Понимаешь?
– Нее. Треугольник это Невский пр., Литейный пр. И где-то в район метро Чернышевского, может ул. Жуковского, где-то так. Это называется золотым треугольником, а при чем тут Петроградка?
– Это тоже золотой треугольник, только другой. Ты просто не знаешь.
– Я посмотрел, как ты меня просил, мне этот подвал не по душе. Не знаю, зачем он нужен, – сказал Коля.
Пиво закончилось. Взяли еще, с водочкой и селедкой с картошечкой.
– Я лучше на Большой Морской помещение 20 кв.м. с окном и коммуникациями куплю. Давай вместе, пополам и доходы и риски? – теперь уже предложил юрист.
– Оно как мои полквартиры стоит, совсем ку-ку, – теперь уже засомневался ТриВ.
– Тогда давай в Ломоносове купим аварийное здание-памятник и перепродадим? – не унимался Николай.
– Там же обязательство отреставрировать в течение трех лет, мы разоримся уже завтра.
– Ничего мы реставрировать не будем, поэтому не разоримся. Подожжем и признаем утраченным или каким его там признают.
