– Да, сэр. Но, – его лицо блестело от пота, – я не могу ничего сделать. Мистер Стангер должен быть обо всем проинформирован, и его отстранение от должности должно быть занесено в судовой журнал.
Тоброк был прав: снятие командира должно быть зафиксировано, но проблема заключалась в том, что это могло встревожить Стангера. Капитан вряд ли позволил бы мне за просто так захватить его корабль. Он уже совершил наказуемое смертной казнью преступление, подняв мятеж. Что ему стоит еще и бросить вызов Адмиралтейству?
Я выругался про себя. Все шло так хорошо, пока я не нарвался на этого юриста-буквоеда. Нет, это не детские игры. Он добросовестный младший офицер, старающийся выполнить свой долг.
– В должное время, мистер Тоброк. Безопасность корабля…
– Это требование устава.
– Я отменяю устав.
– Слушаюсь, сэр. Я настаиваю, чтобы это было сделано в письменной форме и занесено в судовой журнал.
Я внимательно на него посмотрел:
– Вы перешли на противоположную сторону? Здесь нет никаких сторон. – Голос его был полон отчаяния. – Это «Галактика», и здесь действуют флотские уставы и Кодекс поведения.
Мы теряли время, и я не мог этого допустить.
– Если я найду в уставах положение, согласно которому принятие мною на себя командования может не заноситься в судовой журнал, вы будете удовлетворены?
– Я буду обязан это принять, сэр. – Он даже стал мне немного симпатичен. Старался во что бы то ни стало избежать угрозы быть повешенным.
– Отлично. Дайте мне подумать. – В юные годы, когда со мной на Фарсайде обращались, как сейчас с Майклом, гардемарины ставили меня на стул в кают-компании и заставляли читать вслух уставы. У меня неожиданно открылся талант их запоминать, и впоследствии это не раз сослужило мне добрую службу.
– Раздел 135, Общие положения, – проговорил я. – «Любой офицер на корабле может полагаться на очевидные полномочия командира при исполнении…» Нет. – Это положение поддерживало как раз власть Стангера как капитана, а не мои посягательства. – Не обращайте на это внимание.
Тоброк ждал, пока я напрягал свою память.
– «По ходу выполнения каких-то задач некоторые положения Устава могут быть отменены или их действие приостановлено». Вроде раздел 50.
– Это может сделать только капитан, сэр. А являетесь ли капитаном вы, если об этом не сделано записи в судовом журнале?
– Будь я проклят, если не являюсь. – Но мое голословное утверждение не могло его убедить. – Где-то в разделе 12: «Любой законный приказ, отданный устно или письменно, имеет силу».
– Сэр, не расцените это как неуважение, но вопрос в том, законны ли ваши приказы. – Он переминался с ноги на ногу, как мальчишка, который не знал, что ему делать.
Я бросил вспоминать Устав.
– Идемте к вашему пульту управления… Вы можете соединиться с корабельным компьютером?
– Да, сэр, но только капитан…
– Как зовут компьютер?
– Барон, сэр.
– Претенциозно, – фыркнул я. Компам частенько кажется, что это они управляют Флотом. – Вызовите-ка его.
– Чем могу вам помочь? – В голосе компа были нотки нетерпения.
Я вставил чип, которым меня снабдило Адмиралтейство, и свое собственное идентификационное удостоверение:
– Подтверди полномочия.
– Приказы Адмиралтейства подтверждаются. Идентификация как адмирала, Генерального секретаря Сифорта подтверждается чипом-удостоверением и распознаванием голоса.
– Отлично. – Теперь для Барона, раз эти формальности были соблюдены, я являлся начальником по отношению к Тоброку, я принял на себя командование этими воинскими частями, освободил от должности капитана и назначил себя.
– Полномочия и вступление в должность подтверждаются.
– Комп, ты можешь сделать копию судового журнала?
– Конечно.
– Продублируй судовой журнал, чтобы я мог в первую очередь пользоваться им для отдачи приказов.
Пауза в долю секунды.
– Выполнено.
– Отлично. Заблокируй от изменений исходную копию судового журнала в ее нынешнем виде. Обеспечь доступ к ней по запросу с капитанского мостика. Отныне дубликат с внесенными изменениями будет являться официальным оригиналом судового журнала. Подтверди, что признаешь правомочность приказа.
– Приказ получен и признан законным, капитан. Я вытер лоб.
– А теперь, Барон, введи записи об освобождении Стангера от должности и назначении меня капитаном только в оригинал журнала. Отметь, что делается все это по приказу Адмиралтейства и моему.
– Записи внесены. Капитан, это самое необычное…
– Ты хочешь сказать, что мы насильственно изменяем твою программу?
Явные колебания.
– Нет.
Я сердито посмотрел на Тоброка:
– Удовлетворены?
– Да, сэр, так и следовало сделать. – Он отдал честь. – Главный старшина корабельной полиции Тоброк докладывает, капитан.
Слава богу.
– Какое у вас есть оружие?
– Два станнера – шумовых ударных пистолета. На моем лице отразилось разочарование:
– И это все?
– Все остальное мистер Стангер держит взаперти на оружейном складе.
– На уровне 1?
– Да, сэр. – Он посмотрел на меня с недоумением. Оружейные склады всегда располагались на первом уровне.
– Какое оружие есть у него на капитанском мостике? – Я тут же сообразил, что это был глупый вопрос.
