Не успели угаснуть последние искры, как вперёд устремились японские мастера БИ: крупные и мускулистые, они подобно выпущенным из арбалетов болтам вонзились в неровный строй "драконов", тут же начав раздавать сокрушительные удары направо и налево. Там где они проходили, на земле оставались изломанные тела, а сами существа, в полной мере уже не являющиеся простыми смертными, лишь яростнее напирали на своих жертв...
...
Оскалившись словно дикий зверь, Кагеяма Ханма прорывался к ставке командующего армии восточников. Крупный рыжий мужчина средних лет, одетый в жилет и свободные штаны чёрного цвета, отчаянно жаждал реванша у своего главного соперника - Коги Хояти.
"Я должен был выйти на первый бой, а не он! Теперь все запомнят только этого слабака, а мой род снова останется в тени. Нет! Я этого не допущу! Именно я - Кагеяма Ханма, и никто иной, принесу победу в этом сражении, затмив тем самым все иные деяния", - думая так, мужчина уклонился от слишком медленного тычка мечом, поднырнул под опускающуюся нагинату, схватил воина с древковым оружием за руку и толкнул на всё ещё выставленный клинок.
Обычные люди были слишком медленными, чтобы успевать наносить удары по мастеру БИ, при этом они не обладали достаточными силой и прочностью, чтобы выдерживать уже его атаки. В следствие этого, великан был похож на разъярённого медведя, бушующего в зарослях тростника.
Левой рукой отводя очередной меч в сторону, тыльной стороной кисти ударяя по плоскости клинка, кулак правой руки Кагеяма обрушил на нагрудную броню "дракона", проминая металл и заставляя трещать рёбра. Воин, оказавшийся на его пути, выпучив глаза и раскрыв рот, из коего брызнули алые капли крови, потеряв опору под ногами упал назад, под стопы собственных саратников, непреклонно шагающих вперёд. Опустившиеся острия нагинат попытались насадить на металл тело врага, пугающего одним своим видом, но тот подпрыгнул и приземлился ногами на два древка, заставляя их вырваться из рук владельцев, которые в следующую секунду столкнулись головами, треснувшими словно перезрелые арбузы.
Внезапно все чувства взвыли об опасности и рыжий мужчина резко развернулся, скрещивая перед собой руки, на которые пришёлся удар кулака, заставивший захрустеть кости предплечий. Кому-то другому подобный урон мог бы отсушить конечности, но Ханма лишь яростнее полыхнул жизненной силой, залечивая повреждения и шире оскаливаясь в улыбке.
- Дикарь, - сплюнул на землю мастер БИ Восточной Империи, белые одеяния коего обхватывал красный пояс.
- От варвара слышу, - плюнул ему в лицо Кагеяма, сразу же переходя в контратаку, нанося удар ногой с разворота...
...
Кеншин Химура невозмутимо шёл на своих врагов; он приближался к врагам своего императора и готовился пролить их кровь. Новый меч, опробованный едва ли в десятке тренировочных поединков, удобно лежал в ладони, буквально гудя от нетерпения. Впрочем, это могло только казаться молодому самураю...
Сражение уже началось (с бесчестного применения магии... против которой была применена другая магия), а сейчас впереди бились рукопашники, к которым у мечников всегда было неоднозначное отношение. В конце концов, нельзя было не признавать их силу, но с другой стороны, отказ от использования оружия был как минимум странной блажью.
"Можно ли считать бесчестную магию честной, если она применяется против другой магии?", - Кеншина неожиданно увлёк этот вопрос, так что он и не заметил того, как они наконец-то сблизились с "драконами" на дистанцию атаки.
С шелестом катана рассекла воздух, одним стремительным росчерком обрисовав широкую дугу полумесяца, снося голову воину, который даже и не понял того, что произошло. Ещё секунду тело противника простояло, занеся свой меч для удара, а затем начало падать, по пути к земле теряя голову.
Японское мастерство меча, развивающееся в условиях катастрофической нехватки металла, для создания хоть сколь-нибудь качественного оружия, развивалось совсем не так, как на Большой Земле (как материк называют зверяне). В то время как воины всех трёх империй тренировались сражаться на своих мечах, самураи учились убивать одним, максимум - двумя ударами... ведь третьего катана может и не пережить. И даже сейчас, получив доступ к намного более качественным материалам, последователи старой школы остались верны себе.
"Возможно через поколение, когда с Большой Земли... Смешные эти ёкаи, всё большое так и называют... О чём я? Ах да: возможно в будущем, благородное искусства убийства врага одним ударом, превратится в нечто иное, вроде размахивания мечами северян, но я этого уже не увижу", - безмятежно улыбнувшись, Химура отклонился вправо, пропуская мимо себя нагинату, опускавшуюся ему на плечо, а затем резко рубанул по сочленению в доспехах противника, заставляя одну из рук обвиснуть безвольной плетью.
Ещё пару минут самурай успешно побеждал своих противников, но тут произошло непредвиденное: восточники, более привыкшие к затяжным сражениям и обмену ударами, внезапно начали отступать, затягивая своих противников в самый центр построения.
