Сама Кенира бросала на меня обеспокоенные взгляды, но сама, очевидно, особых неудобств при передвижении не испытывала. Она не только с лёгкостью продиралась через траву, но и несла на таких с виду хрупких плечах наши пожитки — из тех вещей, которые требовалось использовать в походе быстро, не рискуя извлечением из контейнера. Ведь в её исполнении это являлось непредсказуемым процессом и заниматься им следовало в спокойной обстановке и приняв все меры предосторожности.
Я остановился. Требовалось что-то предпринять, и сделать это немедленно. И у меня имелось ровно два варианта. Один из них — сдаться, прекратить эти страдания. И второй — наоборот, увеличить нагрузку, протащить себя через боль и слабость на чистой силе воле. Вот только незадача: с силой воли у меня всегда было либо плохо, либо просто не очень хорошо. И если на ежедневную не слишком длинную пробежку её когда-то хватало, то какие-то серьёзные спортивные результаты для меня являлись недостижимой ввиду своей сложности мечтой, уделом настоящих героев, почти что небожителей. Как и всякий нормальный человек, я не любил трудиться и прилагать чрезмерные усилия, а уж если эти усилия сопровождались скукой и болью, то и нежелание возрастало многократно. Нудную и тяжёлую работу я всегда мечтал спихнуть на кого-то другого. И к счастью, теперь этот «кто-то другой» у меня был.
— Кенира, мне нужна твоя помощь, — сказал я своей спутнице.
— Какая? Нет, понятно, ты выглядишь ужасно, но что делать мне? Помочь магией?
Я мотнул головой. Избавиться от плохого самочувствия прямо сейчас была соблазнительной, но, увы, непродуктивной идеей.
— Просто присмотри за мной. Меня не будет, вернее, это буду не я. И если я упаду и останусь лежать — тогда да, помощь мне понадобится.
Кенира поморщилась.
— Знаешь, когда ты это делаешь… Мне это не нравится и даже немного пугает. А ещё это безумно скучно. Понятно, — она обвела рукой окружающую местность, — тут и так не особо весело, но тогда я, по сути, остаюсь одна. А ты становишься не разумнее тигилаша.
Несмотря на печальное воспоминание о Рахаре, я засмеялся. В идее поработать вьючным животным что-то было, пусть она и требовала тщательного обдумывания.
— Ничего не поделаешь, надо. Отдавай, наверное, вещи, я понесу. Так будет лучше.
— Ты-то сам еле ходишь, — мотнула головой Кенира. — Ну да ладно, тебе виднее.
Она отдала мне палатку, которая оказалась неожиданно тяжёлой, и трофейный рюкзак с притороченным к нему оружием. От дополнительного веса мои ноги едва не подкосились, и лишь усилием воли я остался в сознании.
— До встречи, — улыбнулся я Кенире, постаравшись таким образом успокоить.
Но, видимо, моя улыбка была настолько вымученной, что я добился лишь противоположного эффекта.
Мой замысел не являлся торжеством человеческого гения, кому угодно он показался бы очевидным и самим собой разумеющимся. Имея альтернативную личность — исполнительную, безэмоциональную и способную игнорировать любую боль — было бы расточительством не использовать её для целей, достижение которых с этой болью связаны напрямую. Поручить монотонный скучный труд кому-то типа робота из фантастических книг — в такой идее было очень много соблазна. Но я старался подобным не злоупотреблять. За здравость рассудка я не опасался — как паладин богини сновидений, исцеляющей во сне разум, я мог вынести что угодно, любую психологическую или эмоциональную нагрузку. Вот только сваливать всю работу на альтернативную личность мне очень не хотелось: слишком легко так сформировать вредные привычки, которые моей цели если не помешают напрямую, то уж точно никак не помогут.
Я оглянулся по сторонам, ощущая успокоение в привычных переливах лиловых облаков и призвал Склаве. Передо мной медленно соткался его силуэт — всё тот же голем серии Ирвиз, все те же две руки вместо четырёх, всё такой бесстрастный и неподвижный. Я мотнул головой — вид альтер эго вызывал воспоминания о не лучшем периоде моей жизни. Медлить не следовало — и дело даже не в тяжёлых чувствах, вызываемых любым напоминанием о самых неприятных страницах моей биографии, просто у меня накопилось немало дел.
— Склаве, двигайся к месту назначение, выбирая наилучший маршрут. Мне нужно подходящее для письма перо, так что охоться на птиц. Особая задача — улучшить и выработать оптимальный способ передвижения по местности, приоритет — минимальное количество следов и скорость движения. Вторичная цель — достаточная нагрузка на тело. В случае непредвиденных обстоятельств — сообщи. Понятно?
Голем даже не пошевелился, лишь смотрел сквозь меня в пространство своими кристаллическими глазами. Я вздохнул.
— Склаве, директива: обозначенное задание выполнить!
Склаве послушно исчез, растворившись в воздухе. Я создал в небе большой прямоугольник, куда транслировал взгляд собственного тела из реальности. Пусть я и понимал, что в случае опасности или неприятностей меня предупредит сила богини, но так было намного спокойней. Сам же я тоже времени терять не намеревался.
