Между тем сосед крутил носом и не отставал:
— Парня там и в живых, может, нету, а вы все долбите! Ломать надо! Ломать — не строить!
Напружинившись, Корозов готов был уже отдать приказ взламывать, как услыхал щелчок замка, и дверь подалась. В проеме возникло бледное, осунувшееся, не бритое несколько дней лицо Егора. Глянуло на Глеба:
— А, это вы? — распахнул шире и, не приглашая, пошел вглубь квартиры.
Оставив охранников на площадке, Глеб вошел внутрь:
— Что происходит, молодой человек? — смотря на узкоплечую спину в помятой, словно изжеванной серой рубашке, спросил он. — Вы на себя не похожи. Я дам вам один очень хороший совет. Запомните. Бриться надо каждый день. Желательно делать это по утрам.
Остановившись, с полным безразличием Егор обронил:
— Они думают, что это я убил маму и Ингу.
Заранее зная, какой последует ответ, Корозов переспросил:
— Кто «они»? — переспрашивал нарочно, чтобы втянуть Егора в разговор, расшевелить, оторвать от упадочнического настроения:
С трудом выдавливая из себя слова, как из тюбика густой клей, парень сказал:
— Они. В полиции. Задавали мне такие вопросы.
— Вот что, молодой человек, такая у полиции работа: задавать вопросы! — напомнил Глеб. — Если вы не чувствуете за собой вины, чего вам беспокоиться?
Отсутствующий взгляд прополз по Корозову:
— Но ведь они не могут найти убийцу! Поэтому им все равно, на кого свалить вину!
Взяв Егора под руку, Глеб решительно повел его в ванную комнату, открыл дверь, втолкнул туда и поставил перед зеркалом:
— Посмотрите, молодой человек, в зеркало! Вам знакомо это лицо? Это даже не лицо, а какое-то безобразие! Немедленно побрейтесь! А что касается ваших страхов, то я хочу сказать, что есть, конечно, опера, которые работают для галочки. Любого человека упекут и глазом не моргнут. Но в данном случае подобного развития событий вы можете не опасаться. Этим делом занимается Акламин, а он работает не для галочки. Скажу высоким слогом: по зову сердца. Будьте с ним правдивы! Это все, что от вас требуется.
— Но я же не вру! — оживились голубые глаза Егора.
Взяв с полочки пену для бритья, Корозов сунул в руки парню:
— Тогда брейтесь и слушайте меня. Напрягите мозги. Надеюсь, вы способны воспринимать мои слова?
Достав помазок, Егор выпустил на него клок пены и перед зеркалом намазал лицо:
— Хорошо, что вы приехали, — сказал изменившимся тоном.
Сдержанно улыбаясь, Глеб подтвердил:
— Именно, что хорошо и вовремя, а то ведь знаете, молодой человек, что могло произойти?
Вытащив бритвенный станок, Егор провел лезвиями по напененной щеке, потом сбросил пену в раковину и промыл лезвия водой:
— Что?
— Большая борода отросла бы! — сказал с усмешкой Глеб.
На лице у Егора появилась улыбка. Корозов понял, что можно начинать серьезный разговор:
— Я приехал по вопросу вашего магазина! — сказал твердым голосом. — Я был в нем. Все интенсивно приходит в упадок. Если так пойдет и дальше, цена вашего бизнеса быстро поползет вниз. Но если мы уже с вами договорились… — Он на минуту замолчал, ожидая, что ответит Егор.
Продолжая быстро бриться, смотря через зеркало на Глеба, тот торопливо кивнул. Корозов выговорил:
— Раз договорились, тогда мы с вами не должны допустить, чтобы все развалилось.
Побрившись наконец, Егор повернул к Глебу посвежевшее, с румянцем на скулах лицо:
— Да-да. Что надо сделать?
— Сначала помойте лицо, голову и причешитесь. А я подожду в кухне, — сказал Глеб и вышел из ванной.
Последовав его совету, Егор быстро привел себя в порядок, переоделся в комнате в другую рубаху и брюки, и прошел в кухню.
— Прежде всего сегодня же, — сказал Корозов, продолжая начатый в ванной комнате разговор, — вы дадите мне доверенность на право управления магазином, и познакомите с людьми. А я завтра направлю к вам своего юриста, с которым вы займетесь оформлением всех бумаг, необходимых для перевода права собственности на вас, молодой человек, и продажи магазина мне. Вы согласны с таким планом?
— Согласен, согласен, — закивал парень. — Я рад, что вы пришли.
— И я рад, что вы рады! — скаламбурил в ответ Глеб и улыбнулся.
