- Женские школы-интернаты. Каждый раз, когда в персонале добавляется мужчина все студентки думают, что он будет просто мечтой - умный, красивый, атлетичный, свободный. И, конечно же, её. Пустая блажь, но пересудов на пару месяцев. Могу поклясться, каждая болонка кинется посмотреть на него в первую неделю, - последнее она еда не мурлычет, оправляя бант и смахивая с плеч невидимые пылинки.
- Ты несправедлива, - замечает Амелия, но всё, что она хочет сказать рассыпается под насмешливым взглядом полуобернувшейся к ней сестры, и, словно пристыженный ребёнок, она опускает глаза, когда Лия поправляет отросшую прядь за повреждённое частично ухо.
- Ладно, - тон даже становится мягче, когда Лия ловким движением подхватывает свой рюкзак, забрасывая его на одно плечо - пойду займу место на завтрак.
Габи ждёт, пока та покинет комнату, и уже открывает рот, чтобы уточнить время начала занятий, когда Лия уже в дверях останавливается, прищёлкнув пальцами, и оборачивается, с интересом глядя на Амелию:
- Так, какой, говоришь, у него предмет?
Ответа не следует, лишь голова опускается ещё ниже, а тонкая усмешка ложиться на полные самодовольства губы Лии Фрейзер, когда дверь, наконец, захлапывается за её спиной, отделяя её от оставшихся в комнате людей.
Амелия не отмирает ещё с минуту, пока в коридоре не гаснет звук удалающихся шагов, и это выглядит невероятно странно. Словно у Лии есть незримая власть как над действиями сестры, так и над её собственными. И эта полная самодовольства улыбка...
Установившаяся в комнате тишина, слишком плотная, чтобы быть уютной и дружеской, но недостаточно давящая, чтобы заставить нервничать повисает в комнате.
- Нет, ну разве обязательно быть такой сукой? - наконец 'оттаивает' Амелия, глядя с негодованием на давно закрытую дверь.
- О чём ты? - Габи хмурится. Её мысли в тишине уползли от недавнего разговора к тому чувству опасности, что не давало ей покоя в присутствии младшей кузины.
Невнятный жест, которым отмахиваются от надоедливой мухи заменяя им ответ только добавляет вопросов, вместо того, чтобы развеять их как дым, и когда Габриэль уже готова разразиться ими, Амелия покидает комнату, пробормотав о том, что нужно показаться на завтраке.
Лишь оставшись в одиночестве ей удаётся сложить этот паззл и понять, что именно Лия имела в виду.
'Каждая болонка кинется посмотреть на него' и это, полное уверенности в том, что этим ответом располагают 'Так, какой, говоришь, у него предмет?' - просто и изящно, словно точный удар поставленной боксёрской рукой. Рукой, под которую попасть совсем бы не хотелось.
***
'Это заговор', снова приходит к этому выводу Габи, сидя в пустом классе перед началом занятий. Она пришла слишком рано из-за того, что её будильник опять прозвенел раньше срока. 'Это, определённо, заговор'
По дороге сюда она останавливалась по крайней мере трижды, чтобы уточнить туда ли она идёт, но реакция окружающих была непонятна. Её обходили, делая вид, что не слышат, кривились так, словно она прокажённая, и ускоряли шаг. Первым делом Габи приписала это своему внешнему виду, и даже посмотрелась во все зеркальные поверхности, чтобы убедиться, что за ночь ничего не изменилось, она не превратилась в чудовище или не обзавелась какими-нибудь надписями на лице или одежде. Одна девочка буквально отпрыгнула от неё, когда в попытке привлечь внимание Габи едва ощутимо коснулась её плеча, и одарила таким взглядом, словно та разносчик чумы, по недомыслию допущенный в учебное заведение.
Всего пару дней назад всё было совсем обычным, когда она пыталась узнать нельзя ли с кем-нибудь поменяться комнатами и переехать, не смотря на все те отказы и слова, которые их дополняли.
'Я ведь даже сделать ничего не успела!', - мысленно стонет Габриэль в отчаянье, размышляя о том, что будет, в таком случае, на уроке, ведь никто не захочет быть её соседкой, а сидеть всё время одной ей совсем не хочется, ведь тогда не останется никакой возможности избежать лезущих в голову дурных мыслей и грустных воспоминаний об утраченном.
Например о том, как они веселись вместе с Джейн, Элис и Ханной. В Джейн Габи всегда уверена - они дружат не один год, и Габи считает её самой близкой подругой, но, с тех пор как она переехала, они всего раз созвонились по скайпу, после чего Джейн перестала отвечать на её звонки и сообщения. Это было очень больно, тоскливо так, словно никого в целом мире не осталось. Мир Габи не настолько велик, чтобы разбрасываться друзьями, и она набирает номер каждой из её подруг, но чаще всего, конечно Джейн, наговаривая ей небольшие голосовые сообщения. Не важно, что она чувствует сейчас, это просто обстоятельства, и у них всё наладится рано или поздно. Может быть ей нужно дать немного времени, смириться с тем, что они далеко друг от друга и Габи буквально вынуждена жить под опекой дочери, принявшей её в семью бабушки, до своего совершеннолетия?
Габи так глубоко уходит в свои мысли, что не слышит звука приближающихся шагов.
