— Твою ж… — выругался Джисон и сразу же сбросил звонок.
Он глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться.
— Чёрт! И почему у вас постоянно какая-то хрень случается?
— У нас? Мы-то тут причем? — всё так же глупо смотрели новенькие.
Он оглядел фургончик, а потом снова открыл холодильник, как будто надеясь, что сосиски волшебным образом появятся сами собой. Но, конечно, этого не произошло.
— Ладно, — пробормотал он себе под нос. — Если нельзя доставить, значит, надо купить самому.
Он быстро накинул куртку, взял кошелёк и выбежал из фургончика. На улице было прохладно, но он почти не замечал этого. Его мысли были заняты одной задачей: найти сосиски.
Первым делом он направился в ближайший супермаркет. Быстро пробежавшись по рядам, он нашёл отдел с мясными изделиями. Но цены были завышены, а качество оставляло желать лучшего.
— Нет, — пробормотал он, откладывая упаковку. — Это не подойдёт.
Он вышел из супермаркета и начал смотреть в интернете подходящие магазины поблизости.
— И какого хрена я вообще должен этим заниматься⁈ — недовольно выругался Джисон и принялся ловить такси, чтобы доехать до одной подходящей точки. — Кто бы мог подумать, что я так сильно буду переживать из-за каких-то сосисок⁈
Пар клубился в воздухе, обволакивая всё вокруг густым туманом. В углу бани, на деревянной лавке, сидел Чан, закутанный в полотенце, как будто это был его последний оплот безопасности. Его лицо выражало полное недоумение, а глаза метались от Гису к огромному русскому мужику, который сидел напротив и с аппетитом уплетал солёные огурцы, запивая их из стеклянной кружки с чем-то, что Чан предпочитал не идентифицировать.
Гису, напротив, выглядел как рыба в воде. Он развалился на лавке, с удовольствием потягивал из своей кружки напиток и оживлённо болтал с русским мужиком, который казался ему его старым знакомым. Хотя это не могло быть так.
Не могло же?
Однако Чан не понимал ни слова в их тарабарщине.
— Слушай, Гису… — начал говорить мужик. — Я, конечно, удивлен, как ты по-русски шпаришь. Даже сперва подумал, что ты из России. Но теперь вот и не знаю.
— Да бывал там пару раз, — вальяжно ответил парнишка.
— Пару раз? — вздернул брови мужик. — И так выучил язык?
— Ну-у… общался с его носителями, — улыбнулся он. — Несколько лет.
— А, ну понятно. Просто ты полиглот, видимо.
— Наверное.
— Слушай… — произнес мужик и задумался на несколько секунд. — Меня тут всё это время мучает один вопрос.
— М?
— Я всё понимаю. Но… почему баня⁈ — мужик чуть наклонился вперед, будто бы боялся упустить хоть одно слово от парня. — Разве у вас так принято вопросы решать? Да и у нас уже давненько ничего подобного не практикуется. Я ж сначала даже подумал, что это шутка такая. Но нет… да и баня русская прям. Хых!
Гису усмехнулся и кивнул:
— Вот когда бывал в России, попробовал пару раз баньку. Понравилось. А теперь решил поностальгировать.
— Хороший ты мужик, — с раскрасневшимся лицом произнес он. — Только вот очень уж молодо выглядишь. А когда начинаешь с тобой разговаривать, сразу понимаешь, что ты опытом не обделен. Всякого повидал. Вот такой вот диссонанс возникает.
— Ну да. Я такое частенько слышу, — усмехнулся парень и бросил взгляд на Чана, который сидел, словно на экзамене по высшей математике.
Чан, поймав его взгляд, попытался улыбнуться, но получилось что-то среднее между гримасой и нервным тиком. Он смотрел на кружку в своей руке, которую Гису настойчиво вручил ему со словами: «Пей, это полезно!» Чан сделал вид, что отхлебнул, но на самом деле лишь прикоснулся губами к жидкости, которая пахла так, будто её дистиллировали из старой резины.
— Ну что, парни, пойдём париться? — предложил русский мужик, вставая с лавки и потягиваясь так, что его мышцы показались ещё больше.
Гису кивнул с видом человека, который знает, что его ждёт, но всё равно готов на подвиги:
— Пойдём. Сейчас он нас вениками в той жаркой комнате бить будет, — обратился он к Чану.
Чан, услышав это, чуть не выронил кружку. Его глаза округлились, а голос дрогнул:
— За что⁈ Я что-то сделал не так⁈
Гису расхохотался. У него сегодня было особенно хорошее настроение.
— Расслабься, Чан. Это часть опыта.
— Опыта чего? Выживания? — пробормотал Чан, но его никто не услышал. — Да и какого хрена всё это нужно для подписания контракта? Разве нельзя по-простому?
Мужик уже открыл дверь в парную, откуда повалил густой пар. Гису поднялся с лавки и двинулся за ним, обернувшись к Чану:
— Ну что, пошли? Или будешь тут сидеть, как скульптура?
Чан вздохнул, встал и, крепче закутавшись в полотенце, поплёлся за ними. Он чувствовал себя так, будто его вели на казнь, но сдаваться было не в его правилах.
— Ладно, — прошептал он себе под нос. — Если выживу, расскажу всем, что русская баня — это экстремальный вид спорта.
Гису, услышав это, рассмеялся:
— Держись, Чан. Это только начало.
А русский мужик, уже размахивая веником, крикнул из парной:
— Не бойся, парень, первый раз всегда страшно! Зато потом понравится!
Чан, глядя на веник, который напоминал ему орудие пыток, только вздохнул:
— Если выживу…
С этими словами он шагнул в парную.
