С этими словами Юрий, аккуратно убрав Клавдию со своего пути, прошел к выходу. Исполняя роль радушной хозяйки, я проводила гостя и несколько рассеянно с ним попрощалась. Моя рассеянность объяснялась просто — я вдруг задалась вопросом: а кем, собственно, работает наш друг?
— Бизнесменом, — пожала плечами Клавка, когда я спросила ее об этом.
— Разве это профессия?
— Нет, — легко согласилась Клюквина, — это образ жизни. Что ты ко мне привязалась? Сама спроси, когда он вернется. Меня сейчас волнует другое...
Судя по тому, что сестренка здорово затуманилась размышлениями, волновала ее какая-то очень серьезная проблема. Подобное состояние Клавдии всегда меня напрягает, потому что именно в такие моменты ей в голову, как правило, приходят абсолютно сумасшедшие идеи. Вот и этот раз не стал исключением:
— Афоня, собирайся!
— Куда?! — простонала я.
— Мы едем в Жуковку. Навестим пещеру Глебушки!
Не могу сказать, что я сильно удивилась — что-то в этом роде и предполагалось. Возражать смысла не было, поэтому я пожала плечами и равнодушно поинтересовалась:
— Ты знаешь, как туда ехать?
— Я — нет, а таксист знает наверняка.
— На такси до Жуковки? Замечательно! Могу себе представить, сколько это будет стоить!
— Ну и что? У нас два чемодана денег. Можно, конечно, машину купить, но мне кажется, что ради одной поездки это нецелесообразно. К тому же с Брусникиным твоим объясняться придется, а я этого страсть как не люблю. Как мы ему объясним появление нового транспортного средства, да еще такого дорогого?
Услыхав знакомую фамилию, я оживилась и даже заволновалась: почему мой Димка не звонит? Раньше такого за ним не наблюдалось! Стоило мне задержаться на работе хотя бы на полчаса, как Димыч тут же начинал названивать на мобильник и голосом тяжелобольного сообщал, что готов немедленно скончаться от тоски. Если же родина посылала супруга в командировку, то все равно он звонил минимум два раза в день. Ощутив, как беспокойство в душе нарастает, я поделилась тревогой с Клюквиной:
— Ерунда, — отмахнулась она, — я выключила наши мобильники еще вчера, когда мы в клуб отправились. Так, на всякий случай, чтобы неожиданный звонок не помешал выполнению миссии.
— А городской телефон?
— И городской.
— Его-то зачем?! — запаниковала я, представив, в каком состоянии пребывает сейчас мой муж.
— Чтобы спать не мешал...
Клавдия еще что-то объясняла, но я ее уже не слышала, потому что пулей метнулась в коридор и воткнула вилку от телефона в розетку. Телефон словно только и ждал этой минуты: он тут же разразился злой, требовательной трелью. Я знала, кого сейчас услышу, но трубку брать не спешила, лихорадочно соображая: что бы такое наврать Димке, чтобы он поверил и не убил меня на месте? Брусникин сможет это сделать даже по телефону, в этом я ничуть не сомневалась. Да и врать я не очень-то умею, Димыч моментально меня «расколет»... Ничего путного, как назло, в голову не приходило. Клавке, по всей видимости, надоел бесконечный перезвон: она сорвала трубку и недовольно воскликнула:
— Ну что ты хулиганишь? Спать мешаешь нормальным людям!.. Ну и что? У нас каникулы начались, имеем право! — Я стояла примерно в метре от сестрицы, но и отсюда слышала, как трубка недовольно квакает Димкиным голосом. Слов, конечно, было не разобрать, да это и ни к чему: о примерном содержании беседы я догадывалась.
— Дома мы были! — продолжала врать Клавдия. — Подумаешь! Мы специально все отключили... Салтыков? Хм... А, вспомнила! В магазин отлучались за продуктами... Что? Ну конечно, по чуть-чуть... Да не были мы пьяными! Ах, это! Я случайно в ванной заснула... Врет, истинный крест — врет! Откуда у нас такие деньги, Дима?! Какой мужик? Между прочим, он и не мужик вовсе. Нет, он, конечно, мужик о-го-го, но совсем не посторонний. Это мой жених. Бизнесмен, кстати... Да, и заплатит тоже он... Все, даю Афоньку, а то она уже скулит от страсти!
Первый удар стихии Клавдия приняла на себя, поэтому второй был значительно слабее. Я старательно ответила на все вопросы мужа, твердо придерживаясь клюквинской версии. Не знаю, поверил мне Димка или нет, но разговор завершился обоюдными заверениями в любви, словами о невозможности существования друг без друга и о намерениях жить долго и счастливо до самой старости. О своих сомнениях по поводу наступления последней я благоразумно промолчала.
— Господи, замуж надо выходить за тракториста! — покачала головой Клавдия, когда я, глупо улыбаясь, положила трубку.
— Почему?
— Не такой умный. А то контрразведчик твой хренов одолел вопросами: кто, что, почему, что пили, где были... Салтыкова, дружка своего, в разведку засылал. Не мог, видишь ли, дозвониться! Тьфу! — сердцах плюнула Клавдия.
— Ты мужа моего не обижай, он нам еще пригодится, — посоветовала я сестре и пошла собираться в путь с твердым ощущением, что он будет долгим и трудным.
Такси, вызванное Клавкой по телефону, мы решили подождать на улице, заодно и свежего воздух глотнуть. Морозец за ночь усилился, но это не мешало молодой поросли резвиться в снегу.
